Лик полуночи

В таком можно хранить не только ампулы со временем, но и минералы, и химикаты, которые могут оказаться слишком опасными, если их оставить без присмотра. Сейф был плотно закрыт тяжелым замком.

Не может быть, чтобы это оказалось так просто, усмехнулась она про себя, осматривая замочную скважину и взглянув на стойку, где Лейвуд оставил кольцо с ключами. Когда он повернулся спиной, она схватила ключи, хотя рука ее напряглась, а тело сопротивлялось. Все-таки она не была воровкой. Ясно, что аптекарь и не думал, что они залезут к нему в сейф.

Ясно, что и она не собиралась брать то, на что не имела разрешения. Но с другой стороны, аптекарь же ничего не сказал им про то, какие ключи можно брать, а какие нельзя. Он отдал всю связку.

И по закону, я в полном праве использовать такую иглу, сказала она себе. Это прозвучало одновременно правдой и неправдой. Разрешения на иглу у нее не было… или было? Ее память будто покрылсь пеленой, воспоминания расплывались.

Подождите, да, конечно же, у нее было разрешение на использование такой иглы.

Как она могла забыть?

Она с легкостью открыла сейф. Внутри лежало множество самых разных принадлежностей, на большинстве из которых были наклеены длинные этикетки с указанием того, с чем их нельзя смешивать. И там, у самой стенки, в запертой стеклянной кювете хранился шприц. Его цилиндр покрывали замысловатые узоры, и он казался таким красивым. В течение нескольких минут Мелани пыталась открыть крошечный замок на кювете, но все ключи были слишком велики.

Поэтому, недолго думая, Мелани взяла гирьку от весов и стукнула по кювете. Раздался звон стекла.

– Что это было? – крикнул Лейвуд.

– Ничего. Футляр сломался. Но я возмещу, – отмахнулась она от его беспокойного голоса.

– Будь осторожна, пожалуйста.

– Конечно, конечно.

Она закрыла сейф и положила ключи на стойку.

Снова наступила тишина. Время от времени она поглядывала в его сторону и обнаруживала, что он наблюдает за ней. Это вызывало у нее странные, противоречивые ощущения внизу живота.

– Я помню, как мое время заливали в ампулу, – внезапно сказал он.

– Не может быть, – засмеялась она.

Он, наверное, думает, что я в мрачном настроении, и решил меня посмешить. Время берут у младенцев.

– Честно, помню. У меня взяли время позже обычного, потому что отец пытался обмануть сборщика налогов. Он просто не заявил о моем рождении.

Она прекратила поиски и закрыла шкаф, который исследовала.