Лик полуночи

– Справедливо.

– Так что же случилось на юбилее?

Свет, льющийся в туннель, был слишком ярким, Тибо слишком разговорился, а Кроне очень хотелось спать. Сейчас она лишь вкратце опишет ему происшествие.

– Проникновение и взлом. Отвлекли толпу, выпустив варга, и в суете и панике украли несколько предметов, который представляют большую…

– Ценность?

– Опасность. Мы не знаем, как им удалось попасть на прием так… эффективно.

– Хочешь, чтобы я поспрашивал?

Крона потерла глаза, ущипнула себя за переносицу.

– Да, пожалуйста.

Он легко подбросил лягушку в воздух, поймал ее тыльной стороной ладони в перчатке, перекатил к локтю и обратно и затем убрал в карман, продемонстрировав такой уровень ловкости, которого Крона никогда не добьется – даже если выспится.

– Сделаем, госпожа. Теперь тебе, наверное, надо идти по другим делам?

– Что?

Он осторожно взял ее за плечи и повернул к лошади. В любом другом случае она бы сопротивлялась, но все ее силы ушли на драку со стражами, и на Тибо у нее их не осталось.

– Да-да, – ласково продолжил он. – Сначала на встречу с целителем, потом с подушкой. А я займусь вашей «эффективной» кражей и свяжусь с тобой, как обычно, как только что-нибудь выясню.

– Спасибо.

– Ты точно сильно устала, – усмехнулся он. – Слишком много любезностей срывается с твоих губ сегодня.

– Я могу быть любезной. Я всегда любезна, – упрямилась она, хотя не совсем понимала, зачем взялась спорить именно в этот момент. Переставлять ноги становилось все труднее, и форма внезапно показалась слишком тесной.

– Да, это факт, который ты изо всех сил скрываешь, когда думаешь головой.

Они вышли на улицу, и Тибо подтолкнул ее к лошади и скрылся в тени.

– Давай в кроватку, моя дорогая. Скоро увидимся.

После нескольких безуспешных попыток Крона вскочила на лошадь и уехала со вторым письмом Тибо в кармане, а его смех звенел в ее ушах.

Глава 9

Мелани

Два года назад

Мелани и Лейвуд вернулись в гостиницу с сумками, полными минералов, химикатов и сушеных трав. Пока они шли, Лейвуд, казалось, еле волочил ноги, и это ее раздражало. Нетерпение взыграло в ней с новой силой.

Может, он делал это специально, чтобы разозлить ее? Разве он не понимал, насколько важно восстановить равновесие? Дисбаланс действовал ей на нервы, рвал мышцы, тяжело давил на грудь.