Лик полуночи

Одна болезнь, от которой я не мог найти лекарство.

Кошка. Мертвая кошка.

– Вы имеете в виду Августа Белладино. Было что-то, что он не мог вылечить? – настороженно спросил он.

Это не я, попыталась крикнуть она. Лейвуд, это произошло! Произошло в мгновение ока! Я, я…

Я – мастер Белладино, твердо подумала она. Спокойно, уверенно.

Кошка. Виктор убил ее. Потом он… Потом он… Она…

– Жестокость.

Она взяла железную кочергу и перемешала угли в очаге.

– Она находится глубоко – там, куда не могут добраться большинство лекарств.

И мне так и не удалось разгадать эту загадку.

Она обернулась. Глаза Лейвуда были широко раскрыты, и в них плескалась печаль. Выражение его лица рассердило ее.

– Знаете ли вы, что многие болезни являются наследственными? Передаются от родителя к ребенку?

– Мелани… – в его голосе прозвучало предупреждение. Спина напряженно застыла.

Она подняла кочергу и указала на него. Он был здесь – она видела Виктора Лейвуда, спрятавшегося под этой маской потрясенного выражения лица.

Больной человек.

– Вы знаете, что он с ней сделал? – взвизгнула она.

Лейвуд мгновенно вскочил на ноги, протянув к ней в мольбе руки.

– Что? С кем?

– С моей дочерью!

Мелани бросилась к нему, потрясая железной кочергой. Пальцы, похожие на когтистые лапы, стремились вцепиться ему в горло и придушить. Она хотела проткнуть его, вскрыть его.

– Дай-ка мне взглянуть на него! – выкрикнула она. – Где оно? Где в тебе живет насилие? В животе? В позвоночнике? Покажи мне, Виктор!

– Мелани! – пронзительно закричал он, отпрыгивая.

 – Это не ты. Борись с маской. Борись с ней! Я этого не делал.

Он швырял в ее сторону подушки, масляные лампы, стол – все, что могло ее остановить.

– Это я. Я – Лейвуд, а не Виктор!

Гнев затуманил ее зрение, она швырнула кочергу вперед, и та воткнулась концом в плюшевый стул, едва не попав в Лейвуда.

Так не должно быть, поняла она, в ужасе пятясь. Лейвуд ничего не сделал – только помог мне.

Он хороший человек. Но перед глазами вновь промелькнул образ его отца, и ненависть вернулась с удвоенной силой. Она боролась с ней, попыталась разделить чувства.

– Лейвуд, – сказала она, и в голосе звучала тревога.

– Мелани? Сними маску!

Она схватилось пальцами за края и потянула изо всех сил. Но маска не сдвинулась с места. Он сидела, как приклеенная, впилась в нее как пиявка.

– Не могу… Она…

Сердце резко забилось в груди.