Вера в себя

Я сидела на скамейке на улице, рядом в коляске смирно спал ребенок, когда ко мне подошла Таня со своей коляской и умостилась возле меня. Таня первой начала разговор, мы говорили о детях, о трудностях первых месяцев после рождения, ведь у каждой из нас эти детки были первыми. Затем мы начали приходить друг к другу в гости, сначала с детьми, а потом уж и с мужьями. Так мы окончательно сдружились, хотя наши семьи очень отличались одна от другой. Соболевы были эмоциональными людьми, любителями похвастаться, обсудить других, найти недостатки в чужих семьях и мусолить эту тему часами.

Наша семья Тлей – полная их противоположность, спокойные, рассудительные, умеем терпеливо выслушать все их разговоры. Нас связывала фактически одна тема о детях, на которую я могла говорить бесконечно, необычайно мне интересная и по моему мнению полезная. Ведь немаловажно знать принципы воспитания и развития других детей, их вопросы, которые ставят в тупик родителей. Я всегда считала, что лучше учиться на ошибках других людей, нежели изобретать велосипед. Спустя некоторое время мы всей семьей переехали в дом моих родителей, но связи с Соболевыми не потеряли, мы все так же ходили друг к другу в гости, хотя и реже.

Я снова посмотрела на Лолу и попыталась ей улыбнуться, хотя улыбка получилась какой-то неестественной. Затем я опустилась на корточки перед ребенком и произнесла:

– Дорогая, делай все, что я тебе говорила еще дома. Играй, рисуй, смотри телевизор, в общем все, чтобы не было скучно.

А мы с папой завтра за тобой приедем. Хорошо? – я сказала это настолько нежно и мягко, что Елена Александровна не выдержала:

– Ничего не случится с ней. Будет играть, как дома. Хватит уже ваших телячьих нежностей, – грубо сказала она и посмотрела на Вадима.

– Ладно, мама, – сказал Вадик, – тогда мы поехали. Телефон положи рядом с собой. Я буду тебе звонить.

– Ладно, – быстро ответила мать, и попыталась поскорее нас проводить, демонстративно прокручивая ключ в двери.

Я еще раз попрощалась с Лолой, поцеловала ее и быстро вышла. Вадим пошел за мной.

– Что с тобой? – поинтересовался он, когда увидел слезы на моих глазах. – Ты чего? – нежно спросил он.

– Вадим, – начала я, – я мать, и мое сердце не на месте, когда я оставляю ребенка. Я как будто отрываю ее от себя. Это сложно объяснить, – я сделала паузу, чтоб вытереть мокрые глаза, а потом добавила, – мне нелегко далось это расставание.

– Да это я уже понял.