Параллели вселенных: Хранители

 – Ты так переживаешь о потере родителей, а как уже ребенок? Тебя это совсем не трогает и не расстраивает? Ты ведь ни разу о ней не упомянул! – начинала она гневно выкрикивать последние фразы.

– Девочка, – мягкая, но глупая улыбка коснулась его губ.

Возвращаясь к воспоминаниям, он, как оказалось, не помнит значительно больше, чем думал раньше. Ему так и не удалось восстановить в памяти причину смерти отца. Сейчас выясняется, что у него и Элизабет был ребенок, но он не помнит и этого события.

«А что еще? Что еще я не помню? – судорожно думал он.

 – И в чем причина моего забытья? Если я скажу ей о своих провалах в памяти, она подумает, что я сумасшедший или смеюсь над ней. Нет. Я не могу сейчас ей ни в чем, признаться. Я должен сам разобраться, что к чему. А проведенное время вместе, мне поможет быстро все вспомнить».

– Да, Даниэль, дочь! Которую у меня забрали. Украли! – толкнула она его руками, – а тебе, совершенно все равно! Будто и не было ее вовсе, будто ничего не было… – остановила она занесенные над грудью Даниэля руки, задумавшись.

– Мне не все равно… – помедлил он, пытаясь прийти в себя от этой неожиданной новости. – Прости меня, – прошептал Даниэль каясь, но, не отдавая себе отчета, в чем именно была его вина. – Прости. Я совершил ошибку, но и ты должна менять понять, – все так же ловил он глазами взгляд Элизабет, которая отказывалась смотреть на него.

– Ты сделал выбор, и не в пользу меня, нас, а в пользу себя, – горестно произнесла она.

– Прости, я сожалею, что произошло именно так, – шептал он ей в ответ, как одурманенный, уже совсем не понимая, что происходит и движимый только одной мыслью: – «Элизабет должна поехать со мной».

За нее он цеплялся, как за соломинку, которая непременно его спасет, вытащит из болота, где он сам того не желая оказался.

Наконец, устав от этой внутренней борьбы, от всех потрясений последних суток, по щекам Элизабет потекли слезы. Она оплакивала несбывшиеся мечты на счастливое будущее с этим мужчиной, которого она выбрала.

Она оплакивала саму себя, все потери, которые выпали на ее долю. Даниэль обнял ее за плечи. Она уже не сопротивлялась. У нее больше не было сил.

– Что ты хочешь? – спросила она, хлюпая носом, сквозь поток непрекращающихся слез.

– Я хочу, чтобы завтра на рассвете мы отправились вместе в клан Земли, – тихо сказал ей Даниэль, прижимая ее к себе и гладя рукой по волосам.

– Хорошо, – безжизненно прошептала она, – сегодня вечером до процессии, я хочу побыть одна.