Любимица султана. Золотая клетка падишаха. Исторический роман о любви

– Ты еще не госпожа и до госпожи тебе еще долго! – отозвалась вошедшая в гарем сводная сестра султана – Ферузе – А с таким норовом, как у тебя Айше, есть риск так и не получить этого статуса!

Ферузе прошла к месту, где лежали мягкие, расшитые золотом подушки и села на них.

– Почему нет музыки? – спросила Ферузе – Девушки! Я желаю музыку!

Наложницы, которые играли на музыкальных инструментах, принялись играть музыку.

– Подойди ко мне, Айше – властно сказала Ферузе.

Айше медленно приблизилась к Ферузе.

– Айше хатун, ты носишь под сердцем наследника нашего султана, ты должна с осторожностью относится ко всему. Зачем ты устраиваешь скандалы, ты хочешь лишиться ребенка?! А, что если кто – то из наложниц поможет тебе в этом? Твой ребенок – это будущий член династии! Лишившись ребенка, ты покинешь дворец! Ведь твоя жизнь совершенно не имеет цены!

– Простите, Ферузе султан, такое больше не повториться…

– Ты заслужила весьма плохую репутацию в гареме Айше и была наказала за это вплоть до изгнания из дворца, на твое счастье, ты оказалась беременной.

– Благодарю, Ферузе султан.

– Можешь идти. И советую в гареме без надобности не появляться. У тебя есть свои, довольно роскошные для наложницы, покои.

– Слушаюсь, госпожа – проговорила Айше и поспешила побыстрее выйти из гарема, следуя совету Ферузе.

***

Вечером в лечебницу, к Марии зашел лекарь Димитрий. Мария была ему очень рада. Ведь с ним она могла говорить на своем родном языке.

– Как ты себя чувствуешь, Мария? – спросил Димитрий.

– Хорошо – улыбаясь ответила ему Мария.

Димитрий осторожно открыл из – под одеяла ноги Марии.

– Я сейчас потрогаю, твои ноги, Мария. Сначала руками, а затем вот этим инструментом – сказал Димитрий и достал из своего сундучка острый предмет.

– Хорошо – сказала Мария, но с опаской посмотрела на этот страшный острый инструмент.

Димитрий осторожно начал ощупывать ноги Марии, от самых бедер до стоп. Мария следила за каждым его движением. Димитрий был сосредоточен и в тоже время немного взволнован.

– Скажи, ты ничего не чувствуешь? – спросил он у Марии.

– Нет… ничего – грустно ответила Мария.