Ничья игра

Поднимаясь по лестнице, она размышляла о поведении Вадима: «Странный тип, постоянно говорит нелепости. Наверняка, заподозрил что-то неладное и хочет побольше из меня вытянуть. Хорошо еще, что все так обошлось! После благородного жеста он, конечно, имеет право на вопросы, и придется побаловать его байкой о масках».

Пока Этери удавалось балансировать на грани: Наташины просьбы она выполняла и в курс дела ее любовника не вводила, но сегодняшний день совершенно вывел ее из равновесия и заставил терпеть возле себя незнакомца со странностями.

«В том, что все так по-дурацки получилось, нет моей вины! Наверное, зря я разрешила себя подвезти, но от него так просто не отвяжешься, а разговаривать с колдуньей надо по горячим следам, – оправдывала сама себя Этери. – Вряд ли что-то получится, но можно попробовать».

Звонок в квартиру колдуньи был пронзительно громким. Около двери послышалась возня. В глазок рассмотрели незваную гостью и приоткрыли дверь на длину цепочки.

– Вы к кому? – спросил мужской голос, принадлежащий неопрятному старику.

– Мне надо поговорить с Саранией.

Старик чуть больше приоткрыл дверь и важно осведомился:

– А кто ее спрашивает? Доложить требуется, может не примет еще. Как представить-то?

Этери втиснулась в образовавшееся пространство и тихо сказала:

– А вы передайте, что мне надо поговорить с ней о Шитани.

Старик помялся в тесной прихожей и пробормотал:

– Сейчас узнаю. Подождите.

То и дело оглядываясь, он удалился вглубь квартиры.

Этери не пришлось долго ждать – вскоре появилась женщина, являвшая собой довольно комичное зрелище. Дородная и величественная, она была одета в белый балахон и гордо несла голову то ли в тюрбане, то ли в хитроумно закрученной косынке. Лицо женщины было покрыто темно-коричневым, почти черным гримом. «Африканка» кивнула головой в знак приветствия и жестом пригласила Этери в маленькую комнату вроде кабинета. Свечи, расставленные повсюду, были погашены, но воздух в комнате был наполнен запахами благовоний и воска. Сарания погрузила массивное тело на единственный стул, оставляя Этери стоять перед собой как школьницу.

– Что Вы сказали моему ассистенту? – настороженно спросила «африканка». – Вы хоть понимаете, что это означает?

– Я-то все понимаю. Хочется верить, что и Вы сознаете, что натворили.

Женщина вопросительно вскинула брови, едва различимые на темном фоне.