Ничья игра

– Когда, говорите, она была у меня? Позавчера? Так почему же она решила, что сеанс, как Вы выразились, бестолковый? Прошло еще слишком мало времени, чтобы об этом судить. Она приходила с желанием избавиться от соперницы?

– Да, причем вопрос Вы обещали решить радикально. Устранить – означает наслать на соперницу смерть?

– Это она Вам сказала? – Глаза женщины округлились, демонстрируя резкий контраст белков глаз и окрашенной кожи.

– Я так поняла. Да и она, наверное, тоже.

– Мне бы очень не хотелось, чтобы у Вас, как у юриста, складывалось неправильное мнение.

Ничего подобного я не практикую. Некие иносказания, конечно, имеют место, но ни на словах, ни на деле я не желаю людям смерти. Речь идет о совсем других видах «устранения». Все, что рассказала Вам Наташа – очень странно, и тем более странно видеть эту маску, так легко переходящую из рук в руки.

– А Вам что-то известно про нее? – Этери больше всего интересовал именно этот вопрос.

– Не так уж много, но мне знаком человек, который мог бы кое-что рассказать о подобных масках. Покажите-ка мне Ваше удостоверение, – неожиданно потребовала колдунья.

8 УРОВЕНЬ

Этери в очередной раз удивилась поведению своего нового знакомого. Он, похоже, убежден, что весь мир вертится вокруг него…

Этери достала свой документ и раскрыла его, поднося к глазам колдуньи.

– Я Вам верю, – задумчиво протянула колдунья, пробегая взглядом по удостоверению, затем уставилась Этери на… нос.

 – Вы честный и порядочный человек – людей я вижу насквозь. И мне не нравится, что кто-то роняет грязное пятно на мою репутацию, это может привести к плачевным результатам. Я заинтересована в том, чтобы Вы разобрались в этой истории. Сдается мне, что Наташа затеяла против меня кампанию лжи. Либо это происки конкурентов, либо… Она случайно не из полиции?

Этери и в голову не приходило подобное. Путаница означала только одно: кто-то ведет нечестную игру, и многое указывало на то, что занимается этим именно Наташа.

Зачем? Вопросы начинали накапливаться.

– Думаю, для начала Вам надо разобраться с этой маской, – последовал разумный совет колдуньи, – и я намерена в этом помочь. В моих интересах, чтобы незаслуженные обвинения как можно быстрее были сняты. Официального расследования я не боюсь, но сами понимаете, как быстро могут навредить моей работе вздорные сплетницы.