Солонго. Том 3

– Да, я все сделал, как и договаривались…

Глаза Маланьи алчно блеснули в темноте и она подалась вперед:

– Говори, Парсук!

– Ну что,– протянул он,– сейчас все дороги, все торговые пути контролируют твои соплеменники и делят этот контроль с хазарами,– помолчав, продолжил,– и дань тоже делят… Старый князь Святослав и рад бы передать власть, но его старший сын Радомир уже год в скорби… С тех пор, как его любимая, его голубка,– закатил глаза Парсук,– ай яй яй, скончалась внезапно от неизвестной болезни… Она была из Племени Кривичей, все желали этой свадьбы, не только Радомир, этот союз усилил бы оба Племени, но тут вмешалась судьба,– картинно вздохнул Парсук… и теперь он не хочет и слышать о свадьбе.

А уж как хороша-то была невеста! Ну вылитая твоя старшая дочь!

Парсук замолчал, наблюдая за Маланьей.

– Продолжай!– приказала Маланья.

– Ну вот, я и думаю, чем твоя дочка хуже? И умна ведь, и язык ваш, наверное помнит… И невеста совсем… Так и Оюун Хагану хорошо будет, он силен конечно, но так породнится еще и с твоим Племенем.

А там, глядишь и откроются ему далекие земли…

– Как же быть, Парсук?! Ведь к ней должны будут свататься? Оюун так ее не отдаст. Он любит Машу, принял, как родную… А Радомир-то каков? Красив ли? Здоров?

– Ох и красив! А богатырь какой! Глаза, что яхонты, волосы кудрявые, золотые! И нрав хороший, веселый…

– Надо чтобы ее посватали еще до осени, тогда можно до зимы и сыграть свадьбу. Сможешь? Я в долгу не останусь.

– Уже на летней стоянке жди гостей.

Будут тебе сваты.

Маланья так раззадорилась от этой новости, что издала какой-то хрюкающий смешок и хлопнула в ладоши. Ей хотелось еще дольше обсуждать эту новость, но Парсук встал и сказав, что устал, вышел из ба-ня.

Эх, жалко, что нет сейчас здесь ее доченьки, ее кровиночки, ее надежды! Оюун услал девочку и держит в лишениях и строгости. Солонго наблюдает за ней, заставляет трудиться, а ведь нужно чтобы ручки у девушки были нежные, кожа светлая, а он отмахивается, не понимает, что негоже девушке, дочери его в бедности жить.

Она должна познать роскошь, так для нее потом привычнее будет. Она улетела в своих мечтах в родной край, показалось, что даже почувствовала родные запахи и не заметила, как заснула. Уже под утро, озябнув от предрассветной прохлады, тяжело поднялась и пошла досыпать в свою юрту.

Наутро, неторопясь собралась и отправилась осматривать, как ставятся прилавки и лотки на главной площади. Люди уже ожидали когда начнется торговля.