Тайное правительство. Иерархия

 – Он посмотрел на меня так пристально и спросил: «Что, девочка, необычное что-то ищешь?» Ну, я кивнула. Мол, ищу, а что? Тогда мужик достал из дорожной сумки эту книгу. «Сколько?» – спросила я. Я тогда даже не прочитала где и когда издана книга, я сразу поняла, что это раритет. А мужик, должно быть, сумасшедший, раз пришёл такое на барахолку продавать. Ему же за издание 18 века бешеные бабки коллекционеры бы отстегнули. А тут всего 30 тыщ. Два десятка бокалов хорошего пива за древнюю книгу. Офигеть. Но я тогда особо не рассуждала.

Книга была древняя и по магии. Я заплатила, схватила фолиант и к себе домой, от мамы прятать. Мама мне такой книгой пользоваться не позволила бы. В музей какой-нибудь бы отпёрла. В общем, место издания я уже дома прочитала. Пипец! Тогда только я поняла – в Школе Рун не врут, когда говорят, что Перевёрнутый мир он на подобии нашего, здесь на Земле, только где именно нам ещё знать не положено.

– Тебе книгу продал Привратник…, – я задумчиво накручивала на палец свои длинные волосы.

– Ты думаешь он?

– А ещё ты видела фиолетовоглазых?

– Нет. Никогда. Ни наяву, ни во сне, – ответила Ира.

– А ты видела этого мужика потом ещё?

– Нет. Ни до, ни после того дня, он на барахолке не появлялся.

– Он тебе её принёс, чтобы ты училась, – уверенно сказала я.

– Я это тоже поняла. Только с появлением «Зеркала тайных наук» всё в моей жизни изменилось. Мне стало везти. Я стала управлять своей жизнью с помощью заклинаний из книги. Они реально действуют эти заклинания! Мне всё удавалось до той поры, пока я не решила применить одно из сложных.

Присуху высшей масти.

– Ты хочешь кого-то приворожить?

– Ну, типа того, – кивнула Ира. – Но не совсем так. Я хочу привязать к себе одного человека на всю жизнь. Понимаешь, ты видела мою маму. Я не могу так больше жить. Никакое заклинание не избавит меня от её контроля. Она как цербер. Моя личная жизнь летит к чёрту. Во всем остальном всё айс! А с парнями – к чёрту!

– Одиночество, – выдохнула я. – Ты ведь тоже когда-то выбрала одиночество…

– Да ну его, этот выбор.

Но уже ничего нельзя изменить. Я ученица Школы Рун. Скажи, – Ира умоляюще посмотрела на меня, – У тебя когда-нибудь болела душа так сильно, что ты не могла уже плакать? Хотела бы, но не могла?

– Моя мама умерла, – ответила я. – Я тогда плакала очень сильно.

– Нет, не то, – Ира сильно помотала головой. – Хорошо, спрошу по-другому. Ты когда-нибудь очень сильно любила мужчину?

Я не знала, что ей ответить.