Приют отверженных

Руки сами потянулись вниз и набрали пол ладошки ароматных зрелых ягод. В памяти, необъяснимо, всплыли образы и лица тех, кого уже позабыл. Воспоминания обогрели теплом, проходя по телу. Прошлая жизнь, как водоворот прокрутилась в голове опьяняя. Вспомнились запахи вкусной еды и дорогого алкоголя, новой машины, на которую так долго копил, тепло русской печи, в доме где прожил всю жизнь, постаревшую маму в ярком платочке с цветами. Он вспомнил лица друзей, все таких же молодых и беззаботных, много разных девушек и женщин веселых и безотказных.

Свою семью, жену, сбежавшую в другую страну, забрав единственного сына, родного и любимого, уже взрослого мальчика, лицо которого никак не мог вспомнить.

Приятные, греющие душу воспоминания угасали. Выражение лица изменилось, став жестким, грустным и жалким, а по правой щеке прокатилась маленькая предательская слезинка.

Прикрывая глаза руками и смахивая слезы, Ял не заметил впереди себя легкого, почти неуловимого качания кустарника, растущего возле леса, а также звука раскрученного предмета, блеснувшего металлическим блеском.

Человек почувствовал лишь острую и невыносимую боль в груди. Все испарилось и стало пустым, черным, мысли улетучились, осталась только мучительная боль, сковавшая все тело. Ноги, перестав слушаться, стали оседать, а тело заваливаться в сторону, в глазах потемнело, но они еще видели коричневую деревянную рукоять от острого металлического предмета, и руки, крепко сжимающие и отчаянно пытающиеся вытащить из тела штык-нож.

6.

– Как мы это сделаем? – шепнул Кумай напарникам, осторожно выглядывая из леса на большой открытый участок земли. – Их больше, они лучше вооружены и находятся слишком далеко. Сложно будет добраться целыми, не подставляясь под пули.

– Спокойно Кумаша, придумаем как, надо только все обмозговать, – ответил Люгер, растирая замершие пальцы рук. – На нашей стороне неожиданность, внезапность, вопрос только как это разыграть.

– Сложно и опасно, – вздохнул Серб, поглядывая на людей, сидящих на поляне.

 – Не вижу положительных для нас решений.

– Слова то какие подбирает, – ухмыльнулся Кумай, поглядывая на напарника. – Не видишь и не смотри, лично я уверен, что мы этих волков, как овец перещелкаем, надо только все продумать и как один красиво сработать.

– План нужен, просто выбежать на поляну открыто – это самоубийство, – Люгер закрыл глаза, слегка наклонив голову вперед, медленно почесывал свой затылок.