Ведьма

– Ее главный грех в том, что она причиняла зло другим людям, заставляя их переживать и отдавать кровно заработанные деньги, – пожала плечами Олеся. – Но это тоже грех… Потому после проклятия ее и так быстро нашел чернокнижник…

Я встрепенулся и почувствовал, как мое сердце забилось быстрее.

– Не бойся, папа, это другой! – успокоила меня моя маленькая дочурка.

– Да, – подтвердила Олеся, – это действительно другой чернокнижник. Не тот, который преследует нас… Этот молодой, хм, начинающий, я бы сказала.

Он не так опасен, но нам все равно может понадобиться твоя помощь!

– Говорите, что делать! Я готов! – распрямил плечи я. Я действительно был уже готов к новой битве.

– Смотри, для того, чтобы помочь мальчику, нам с Есенией нужно войти в его сон. Мы окажемся по ту сторону реальности, а чернокнижник, конечно, попробует нам помешать. Тьма заставляет его собирать свои жертвы по всему белому свету, и не даст их так просто отпустить. Мы попробуем забрать мальчика, а ты должен будешь отвлечь чернокнижника и его сущность, которая ходит за ним… А для этого тебе нужно будет пойти вместе с нами…

– Легко! – кивнул головой я, и сам поразился своей уверенности.

Мне действительно уже казалось, что войти в сон к ребенку, лежащему в коме, и сразиться там со злом, для меня – раз плюнуть.

– Ну что ж, тогда держи нас за руки, и начнем! – жена протянула мне свою ладонь. Дочка последовала ее примеру. Я взял своих девочек за руки, и они начала читать заговор.

Свечи, стоящие на столе, вдруг начали гореть очень ярко, так, что даже слепили глаза.

Огонь начал подниматься выше и выше, потом вспыхнул и комната погрузилась по тьму.

Когда мои глаза чуть привыкли к полумраку, я стал различать некоторые очертания. Мы оказались в серой комнате с одиноко стоящей кроватью, на которой лежал и как будто спал маленький мальчик.

Мои девочки подбежали к кровати и стали поднимать ребенка. Тут же позади них возникла уже знакомая мне страшная тень Черного Человека исполинского роста.

Он схватил мальчика за голову и стал прижимать его к кровати, не давая подняться.

Тогда Олеся с Есенией снова взялись за руки и стали что-то шептать себе под нос. Черный Человек вдруг стал извиваться и уменьшаться в размерах.

– Нет! – визгливо крикнул кто-то позади меня. Я резко обернулся и увидел молодого парня лет двадцати с всклокоченными волосами и мертвенно-бледной кожей.

– Да! – ответил я и стал перед чернокнижником.