Би-ба-бо

Впереди показалось здание аэропорта, засыпанные снегом автомобили на стоянке походили на замерзших зверей, брошенных хозяевами. Машина притормозила возле ярко освещенного входа. Лариса смотрела в окно. Люди выходили из автомобилей в легких курточках, спешили в тепло, смеялись и переговаривались.

– Наверное, запаздывает… вон, гололед какой, время еще есть, – попробовал успокоить ее водитель.

– Я лечу одна, – отрезала Лариса.

Поставив росчерк в путевом листке, она выдернула сумку с заднего сиденья и выбралась из салона, хлопнув дверью, будто водитель был виноват в том, что ее никто не встретил.

Болтун, не наплети он этих историй, она и не пялилась бы в окно, как дура. Лариса даже обрадовалась своей злости. Часто именно она придавала ей силы и позволяла не раскисать, решаться на какие-то действия, отбросив противное и не доводящее до добра самокопание. Что ж, если он так хочет, поиграем в прятки. Наплевать! И даже по сторонам смотреть не станем, много чести. За все заплачено, «олл инклюзив», вот и отдохнем на все это «олл», а начнем прямо сейчас.

Регистрация уже шла полным ходом, но Лариса не спеша проследовала в кафетерий, заказала кофе – чашечка стоила сто рублей, и она никогда не позволила бы себе подобного безобразия, но отдых так приятно начинать с того, что не положено в будни. Зазвонил сотовый, номер незнакомый, а мамы, подруги и коллеги были записаны поименно. Лариса сняла трубку, опять едва успокоив дыхание, потому что весь ее «злобный» аутотренинг мгновенно пролетел к черту.

– Как это понимать? – завопила трубка голосом Шкирки. – «Не смогла тебя разбудить, вызвала такси. Просто захлопни дверь, кошку заберет мама»? Да мне плевать на твою чертову кошку! Утопить ее мало! Что, нельзя было сразу сообщить? Надула, как щенка, и рада, да? Нашла себе, наконец, богатого и нежадного? Вам всем одно подавай – девушки, понимаешь, тургеневские! Ну, флаг вам в руки!

Ошарашенная Лариса даже не догадалась прервать разговор, поэтому обманутый в лучших чувствах Шкирка высказывался долго, вопреки обыкновению не думая о тарифах… Кофе остыл.

Лариса почувствовала, что щеки ее пылают, наверное, она похожа на матрешку. Меньше всего с этакой рожей хочется выходить на люди. Рядом стоял газетный киоск. Лариса купила глянцевый журнал, теперь будет чем занять руки, да и глаза, чтобы удержаться от соблазна лишний раз посмотреть по сторонам в поисках таинственного незнакомца. И отправилась к стойке, над которой был указан номер рейса на Анталию.