Сначала было похищение

А время ночных гуляк и кутил ещё не настало.

Одна из многих таверн в центре. В меру чистый стол, воняющий тряпками, в меру грязный пол, с заметёнными осколками под окраинные лавки. Привычный сердцу запах скисшего вина. Идеально для спокойного разговора за стаканчиком-другим.

– Ну и, если в общем, то отец, конечно, не доволен. Он-то рассчитывал, что, уволившись из армии, я с головой окунусь в семейный бизнес, а теперь он и сам не рад. По его мнению, моя теперешняя служба ничем не безопасней предыдущей, – подвёл итог в своём рассказе Валаил, откидываясь на спинку стула, позволяя мальчишке убрать пустые тарелки со стола.

Сделал глоток холодного пива.

– А что жена? – от этого моего вопроса лицо друга просияло.

– Гордится мной, поддерживает. Мне с ней очень повезло, – нет, решительно невозможно сдержаться и не улыбнуться, видя, с каким щенячьим восторгом здоровяк говорит о своей маленькой жене. Ну и пусть, что рядом с ним почти любая женщина будет выглядеть малышкой. Спрятал улыбку, прикуривая от стоящего на столе артефакта-огнива.

 – Мы считаем, что, как только у нас появится малыш, они подуспокоятся. На него и переключатся.

Мы считаем, у нас появится… По-моему, лично про себя, употребляя «я», Вал за вечер ни слова не сказал. Признаться, градус розовых соплей за одним отведённым столом уже зашкаливает. Для меня так точно.

Глава 5. Роберт. Мужчины – дети. Только игрушки дороже, а игры каверзнее.

"Жене полагается допускать мужа до своего тела, когда он того пожелает. Следует с пониманием и терпением относиться к визитам мужа в спальню жены.

Получать удовольствие от таких встреч для женщины непристойно". Свод правил поведения, касающихся внешнего проявления отношения к людям.

– Ну а ты-то что? Чем планируешь заниматься в столице? Или назад в армию? – с громким стуком кружка встретилась со столом, после чего и прозвучал вопрос. Хм. Неужели и до меня дошёл сегодняшний разговор. Про Анабель продолжения не будет?!

– Нет, увольнение уже подписано Его Величеством.

Теперь я официально гражданское лицо, безработное гражданское лицо, – сказав, отставил своё пиво и потёр ладонями это самое лицо. – Дела отца в таком бардаке, что мне никакого отпуска не хватит, чтобы разобраться в них, а ждать меня месяцами никто на границе не будет. Сам понимаешь.

Криво усмехнулся. В очередной раз подумав о хлебе насущном. И о том, что пора на этот хлеб зарабатывать.

–Так может к нам в отдел? Офицера твоего звания возьмут с руками и ногами.