Дубинка Махакалы. В поисках йети. Пятый том

Раз они приехали, то пусть ищут. Поищут, поищут – уедут, – уверенно сказал третий бурят.

– А может, и не уедут… Это уж как им повезет, – с сомнением сказал первый бурят, и все дружно засмеялись.

Кладоискатели сконфуженно улыбнулись и переглянулись друг с другом.

– Я считаю так: если они уже приехали, то не будем им мешать, наоборот – постараемся помочь. Вдруг найдут. С условием, что половина того, что они находят, идет нам, – сказал четвертый бурят.

– Естественно, пятьдесят процентов, – согласился первый бурят.

Троица кладоискателей только и могла, что в недоумении переводить взгляды с одного говорившего на другого, пытаясь разобрать если не речь, то хотя бы по интонации намерения четверки проводников. Лео, с присущей ему жаждой приключений, всегда чувствовавший себя королем в любой ситуации, в чью бы пользу она ни складывалась, с напрочь отсутствующим страхом перед неизведанным, уже начинал скучать. Если он что-то не понимал, то старался занять выжидательную позицию. В отличие от Гоши.

У того уже руки чесались встать, схватить кого-нибудь из этих бурят – совершенно не имело значения кого – за грудки и хорошенько встряхнуть перед поездкой. У Бармалея все время отклеивался ус, и он нервничал не столько из-за того, что все они как будто оказались в незнакомых водах открытого моря, сколько из-за того, что этот ус доставлял ему физический дискомфорт. И так как эта война с усами продолжалась уже примерно с полчаса, Бармалей стремительно терял терпение. Он, к слову сказать, был малый не дурак, но из-за досадной мелочи с усом никак не мог переключиться на смысл разговора.

Востоковеды, тем временем, утолив, наконец, свой голод и любознательность, отведав местных традиционных блюд, направлялись в «номера». Вечер обещал быть таким же теплым, как прием на бурятской земле. За сопкой виднелись деревья. Кириллу еще по приезду показалось, что там должна быть река, и теперь, не чувствуя большой усталости, он решил осмотреть окрестности.

– Я пройдусь немного, – обратился он к профессору и Беловой.

– А Вы, Ирина? – спросил профессор Пыжов.

– Я – спать. Говорят, лучше ложиться в промежутке между девятью и одиннадцатью вечера. Потом сон не в руку, – Ирина пожала плечами, как бы говоря, что лично ей это еще не удалось проверить, но попробовать стоит.

– А я почитаю немного и тоже, наверное, буду спать. Иди один, Кирилл, – ответил за всех профессор, и Кирилл, кивнув им и пожелав спокойной ночи, пошел к воротам.