Абонент доступен

– Не надо, – тут же подняла руку Алевтина Петровна. – Полежу, и всё. Лекарство всегда помогало. Пройдет.

Пожаров помог ей дойти до кушетки. Уложил, сунул под голову подушку и присел рядом.

– Мам, может, позвонить Шарову?

– Иди в задницу со своим Шаровым, – с раздражением ответила мать сыну. – Что нового он скажет? «Вам бы лучше в больницу, Алевтина Петровна. Там присмотр все-таки»? Была я в той больнице, ничего интересного там нет.

Вот теперь женщина, с которой я разговаривала пять минут назад, исчезла.

А вместо нее появилась та самая партийная работница, о которой говорил Степан. Ее неукротимое желание держать все под контролем без посторонней помощи проявилось во всей силе. И в выражениях она особо не стеснялась. В двух словах указала сыну на его место. Ну и кадр!

– Тебе точно легче? – не отставал Степан.

– Не умру, не надейся.

– Поговори мне еще, – с облегчением произнес Степан.

Она повернула голову в мою сторону и едва заметно улыбнулась. «Ну, что я говорила? – прочитала я в ее взгляде.

 – Как котенок за кошкой».

Я вышла из комнаты и решила некоторое время все же постоять под дверью и послушать, что же за ней творится. Значит, у Алевтины Петровны больное сердце… Встреча с Энио не самым лучшим образом повлияла на самочувствие пожилой женщины. Желание Пожарова поквитаться с «волшебником» вполне обоснованно. Сердце человека по своей сути является прибором, который чаще всего можно починить. Но и у любого прибора срок эксплуатации строго ограничен.

Пока что сердце Алевтины Петровны справлялось. Но надолго ли его еще хватит?

Глава 2

Мы снова расположились в кабинете Пожарова.

– Этот ублюдок своими рассказами почти добил мать, – вынес он свой вердикт. – Это второй приступ за последнюю неделю. Я не знаю, что будет дальше.

– А кто такой Шаров?

– Да знакомый мой, кардиолог. Мы ему дом строили три года назад, вот и дружим теперь. Иногда мать спрашивает его о том о сем, а он ей рекомендует всякие новшества типа витаминных комплексов или зарядки по утрам.

Он знает, что у нее проблемы с сердцем, не раз предлагал лечь в больницу, он там завотделением.

– В больницу она, разумеется, не по-едет, – произнесла я. – А если приставить к ней сиделку?

– Я заранее сочувствую этой сиделке, – заметил Пожаров. – Не хочу потом избавляться от тела. Маман может, если не в настроении, и из нагана пальнуть.

– А у нее есть оружие?

– А кто знает? – усмехнулся Пожаров.