А ларчик просто открывался

А как быть, если дело не только не начато, а я даже еще не знаю, возьмусь за него или нет? И как же это понимать? Что дело директора музея заранее обречено на провал и мне не стоит за него браться, дабы избежать дополнительного геморроя?

В принципе логично. Но с другой стороны, раз уж мои «кости» предсказали мне неприятности, значит, от этого уже никуда не уйти. Иными словами, в любом случае, вне зависимости от того, приму я предложение директора музея или нет, неприятности мне обеспечены.

А теперь попробуем рассуждать другим способом.

Если сейчас я откажусь от расследования ограбления музея, мне могут предложить какое-нибудь другое дело, ввязавшись в которое я гораздо больше рискую подвергнуть опасности свою жизнь, так как кража иконы кажется мне делом более спокойным, чем, скажем, крутые разборки «новых русских». Чем я рискую в своем теперешнем положении? Ну разве только тем, что не смогу раскрыть это дело и не получу свои законные деньги.

Значит, и думать нечего – надо хвататься за музейное предложение, пока не навязали что-нибудь похуже.

Приняв решение, я отправилась в душ.

Снимая халат, я невольно остановила взгляд на смачном синяке на правой голени, а затем посмотрела на еще более примечательный синяк на левом бедре. К таким вещам я отношусь достаточно равнодушно Но только в тех случаях, когда получаю их за дело или за деньги, что в моем случае практически одно и то же. А когда подобные приобретения достаются на дружеской пирушке, посвященной торжеству по случаю долгожданного развода подруги, – это уже слишком.

Впрочем, кто виноват в том, что я исхитрилась грохнуться между столом и плитой, да еще и удариться головой о подоконник? Одно радует, стукнулась я головой, значит, ничего серьезного себе не повредила. Кость – она и есть кость.

Решив, что ванна лучше, чем душ, сможет отвлечь меня от неприятных размышлений относительно причиненного самой себе ущерба, я погрузилась в теплую воду и не заметила, как заснула.

* * *

Алексей Петрович позвонил мне в десять часов утра на следующий день, как и обещал. Я сказала ему, что согласна взяться за дело и изъявила желание осмотреть место преступления. Мы договорились встретиться у входа в музей через пару часов, и я принялась наспех готовить себе завтрак, так как поесть еще не успела, поскольку, если бы Алексей Петрович не позвонил, я бы благополучно проспала до обеда.