Алмазная лихорадка

 – Но раз вы обещаете больше никогда этого не делать…

Капустин извлек из бумажника несколько хрустящих купюр, железнодорожный билет и, протягивая мне, сказал с какой-то безнадежной тоской:

– Эх, Евгения Максимовна! Вы, в сущности, счастливый человек, вам не понять, какой это соблазн… Алмазы, уран, красная ртуть, да мало ли… Коготок, как говорится, увяз – всей птичке пропасть! Такая уж наша судьба!

Я расстегнула «молнию» на кармане и небрежно сунула туда свой аванс.

– И все-таки, – уточнила я. – Кого персонально мне поручается оберегать – вашего брата или москвича?

– Обоих, – ответил Капустин.

 – А прежде всего – чемоданчик с грузом. На обратном пути его надо будет доставить не сюда, а в Сызрань. Там будут встречать… Анатолий вам все объяснит. И если не дай бог… В общем, груз должен быть доставлен на место во что бы то ни стало, Евгения Максимовна… – Он отошел к окну и тревожно окинул взглядом двор. – Кстати, забыл предупредить: брат мой – человек сложный, вам с ним будет трудно, но прошу вас отнестись к нему со снисхождением, ладно?

– Может быть, стоит тогда предупредить и вашего брата, что я человек не менее сложный? – предложила я.

 – Чтобы снисхождение было обоюдным…

– Я непременно сделаю это, – серьезно пообещал Капустин.

– А что, неужели этот бизнес стоит того, чтобы испытывать из-за него такие треволнения? – поинтересовалась я.

– О, еще бы! – подтвердил Капустин, поднимая значительно брови. Затем мы очень мило распрощались, и вежливый Сергей отвез меня обратно на то место, где взял.

Прощаясь, он приложил два пальца к козырьку кожаной кепки. Я помахала ему рукой и неторопливо побежала по направлению к дому.

Небо заметно светлело. Один за другим гасли фонари. Со звоном выползали из парка пустые трамваи. Ветер обрывал с деревьев последние желтые листья. Я подумала, что за Уралом наверняка уже выпал снег, и от этой мысли сделалось неуютно.

Однако хруст бумажек в кармане придал мне уверенности. Этот нежный специфический звук всегда действовал на меня благотворно – может быть, в силу высокой степени защиты, которой обеспечена продукция такого рода.

Хотя меня и лишили сегодня пробежки, положенные силовые упражнения я выполнила от начала и до конца. Приняв душ, я отправилась на кухню завтракать, где меня ожидали тетя Мила и кофе с рогаликами.

– На твоем лице ничего нельзя прочесть, – объявила мне тетушка. – Из этого я заключаю, что у тебя появилось новое дело.

– Я отправляюсь в путешествие.