Альпийские каникулы

Забыв, что не говорила ей о своей деятельности, я начала рассказывать ей о подмене акварелей Волошина, которые должны были привезти для Жорика Цеперухо. О том, как Жорик в оплату за работу хотел мне всучить путевку в Швейцарские Альпы – мало того, что не сезон, так еще при слове «Альпы» я начинаю чувствовать, как у меня болит давно затянувшаяся шишка на затылке.

– Вот такие у нас бизнесмены, Зигрид. Жорик еще не так противен – когда-то работал гинекологом, и у него до сих пор в глазах осталось что-то проникновенное.

Зигрид смотрела на меня, удивленно приоткрыв рот. Когда я наконец обратила внимание на выражение ее лица, то тоже замолчала и уставилась на нее.

– Таня! – тихо спросила Зигрид. – Ты служишь в полиции?

Я почему-то даже застеснялась ее удивления.

– Нет-нет. Я не служу в полиции. Я – частный детектив. Приват. Поняла? Ты нанимаешь меня, я расследую, потом ты платишь мне гонорар.

– Поняла.

Потом мы еще немного пообщались о том и о сем. Зигрид приехала в Тарасов на конгресс немцев Поволжья.

Когда раскрылись окна и двери, наши немцы собрали чемоданы и уселись в очередь за фатерландом. Задача таких, как Зигрид, культурных работников заключалась в том, чтобы доказать нашим скорым на сборы землякам, что и на берегах Волги можно пить апфельвайн, петь «О, танненбаум!» и носить короткие брюки, прошитые разноцветной тесьмой. А те, кто согласится на это, может даже получить немного денег на развитие своего дела.

Особо упорствующих в отъезде далекий фатерланд очень любит и ждет в свое время, о котором вам сообщат особо.

Мы погуляли с Зигрид по городу и расстались до послезавтрашнего вечера. Завтра она была занята по делам конгресса, ну, а на послезавтра мы запланировали какое-нибудь культурное мероприятие. Организацию его я взяла на себя.

Вернувшись домой, я нервно покурила, глядя на небо.

За смерть Георга я чувствовала и свою вину. Ошибок было много: и карманы не изучила у того рыжего, и вообще, в живых его оставила – очень, очень неразумно это было с моей стороны.

Потом я отключила телефон, приняла таблетку снотворного и уснула.

* * *

Самым культурным из моей культурной программы оказался вечер в ночном клубе «Рондо». Заведение дорогое, программа – только для взрослых, праздничек был особо посвящен Тарасовской макаронной фабрике. А так как из-за спины директора этого ОАО явно просматривались толстые щеки нашего губернатора, то общество ожидалось самое приличное.