Битый недобитого везет

 – Только уж, пожалуйста, потщательнее.

– Без вас разберемся, – грубо отозвался он, и это окончательно меня взбесило.

– А почему вы позволяете себе разговаривать со мной таким образом? – вспылила я.

– А потому, что вы – главная подозреваемая в совершении убийства, Татьяна Александровна, – спокойно ответил мент и направился в сторону от меня.

– На каком основании? – вновь возмутилась я. – Вы не имеете права! Презумпцию невиновности еще никто не отменял!

– Ух ты! – покачал головой опер. – Слов-то каких понахватались… Докажем мы вашу вину, – устало добавил он.

– Попробуйте! – едва сдерживаясь, выкрикнула я. – У меня не было никаких оснований убивать его! И потом, вам никогда не найти никаких следов на оружии! – добавила я, имея в виду, что я не дура и, естественно, не стала бы трогать пистолет. Тем более что я его вообще не заметила.

Но опер истолковал мои слова иначе. Он остановился, обернувшись ко мне, и проговорил:

– А откуда вы знаете, что на оружии нет следов? – вкрадчиво спросил он.

Я прикусила язык, но, кажется, было уже поздно.

– Я догадываюсь, откуда вам известно, что на пистолете нет отпечатков… – продолжил он. – Вы сами их и удалили… Так?

– Нет, не так! – запальчиво произнесла я. – Я вообще не видела пистолета.

– Ну это уже ваши проблемы… – отмахнулся опер, сочтя, видимо, что раскрытие дела у него уже практически в кармане. Только он не учел одного – у меня, Татьяны Ивановой, целая куча знакомых и друзей в милиции.

Я промолчала, не желая больше злить тощего опера. Он и так уже начал понемногу выходить из себя, понимая, что все его обвинения и выеденного яйца не стоят.

Тут я вспомнила о Кире. То есть о Кирьянове Владимире Сергеевиче, моем давнем друге и по совместительству полковнике милиции. Он не раз выручал меня в ситуациях и похлеще, чем эта.

Достав телефон, я принялась набирать номер. Но вездесущий опер заметил это и тут же подскочил ко мне, накрыв телефон своей огромной костлявой ручищей.

– Не положено! – сурово произнес он.

– Что значит – не положено?! – возмутилась я. – Я свои права знаю! Имею право на один звонок, даже если задержана. По крайней мере адвокату!

– Адвоката мы вам и так предоставим, не беспокойтесь, – успокоил меня опер.