Марево. Морская пучина. Четвертый том

– Тебе никогда не казалось, что ты находишься в чьем-то сне либо спишь сама? Я постоянно думаю об этом, вернее, часто ощущаю влияние этого глобального сна на свою жизнь. Работа, мои увлечения, люди вокруг – все это как мираж. Даже эта встреча будто подстроена кем-то. Моя голова забита ненужными мыслями, и сохранить в ней что-то действительно важное уже сложно, ибо будет погребено и обесценится. Но сны – на то и сны, чтобы не быть правдой. Во снах возможно все: любые перемещения, перевоплощения, эмоции. Только управлять этим сложно.

Но мне кажется, я научилась. Из всего, что происходит со мной, я тщательно отбираю самое ценное и складываю в маленькую копилочку, которая находится прямо вот здесь, – Марина приложила указательный палец ко лбу. – И вот здесь, – она указала рукой на сердце. – Происходит тщательный отбор, и все чудеса и волшебство бережно хранятся там до поры до времени, чтобы иметь шанс когда-то воплотиться в реальном бытие, а пока, как только я чувствую печаль или упадок сил, тут же достаю свои запасы и пользуюсь ими, как противоядием, – Марина подмигнула подруге.  – Так что Григорий будет сохранен и поможет мне как-нибудь, я уверена.

– Ты немного тронутая, но именно за это я и люблю тебя, – вздохнула Аля. – Ладно, храни вечную память о своем герое, раз уж тебя угораздило влюбиться в первого встречного.

Марина нахмурилась и кинула в подругу полотенце, но тут же рассмеялась и подлила ей чай. Девушки просидели до самой ночи. Когда Аля ушла, Марина немного прибралась на рабочем месте, закрыла комнату и вызвала такси.

Чуть позже, уже засыпая дома, она снова воскресила в памяти лицо Григория, немолодое, но очень привлекательное. Было в нем нечто, что хотелось видеть каждый день рядом. Лицо говорило об опыте прожитой жизни, глубокий взгляд – о том, что этот человек имеет свои тайны, и ему есть что рассказать, открытая улыбка – о доброте и душевности. Определенно, этот мужчина имел силу духа и смелость, она как женщина чувствовала это, но также понимала, что подобные люди могут прожить всю жизнь в одиночестве, так и не решившись жениться заново.

Григорий помогал дочери с ремонтом и приобретением всего необходимого. За этими хлопотами дни летели быстро. Как только основные хозяйственные дела были закончены, и освободилось время, думы о прошлом и будущем стали беспокоить его. Необъяснимая тревога, предчувствие какой-то беды не оставляли его. Григорий понимал, что стал частью жизни чужого человека.