Будь что будет

Человек украл пятьсот золотых монет, по двести пятьдесят на брата, и в то же время рассуждает о моральных нормах. Скорее, боится негативного резонанса в прессе и на телевидении.

«Дожили граждане! В краеведческом музее детей пугают останками большеголового уродца!» – подобный заголовок в любой местной газете мог освободить Хальзова от занимаемой должности и отправить с почестями на заслуженный отдых. А работа была для него и воздухом, и пищей. Поэтому признание о переложенных в личный карман монетах я была обязана оценить.

– Что же исчезло? – терпение неожиданно иссякло, и вопрос получился грубым.

– Книги. Те самые, которые были в захоронении, – словно обороняясь, выпалил он.

Мои брови поползли на лоб, а Хальзов поспешил объясниться:

– Книги лежали у меня дома, и я минимум час в день уделял им внимание в течение этих двух лет. Вчера я зашел домой и по привычке бросил взгляд на стол, где под стеклянной витриной лежали находки. Тома исчезли.

– И вы согласны нести расходы ради того, чтобы вернуть себе какие-то заклинания?

Хальзов сделал все, чтобы не назвать главную причину.

– Столь древних книг на земле не так много. Им около тысячи лет, и это уже само по себе представляет культурную и историческую ценность. Кроме того, они имеют инвентарные номера и подробно описаны. Случись какая проверка, я не выкручусь. В моем возрасте, а мне уже восемьдесят два, придется освободить кресло директора – слишком много претендентов.

Я была поражена, Руслан Рустамович не выглядел столь древне.

– А что содержание?

– Вы считаете, текст оригинала может пригодиться в вашем расследовании?

– Не исключено, что люди, заказавшие пятерых скакунов и будду, заинтересовались содержанием книг.

– Откуда они могли знать о них?! Я никому не говорил.

– А Жукецкий?

Элементарное предположение несколько смутило собеседника. Подумав, он попросил поговорить с Виктором, но пока не раскрывать, что именно он был заказчиком расследования.

Я состряпала на лице удивление и заставила Хальзова отступить.

– Ну, хорошо, хорошо, поступайте, как сочтете нужным, только верните тома.

– Кто знает о том, что книги пропали?

– Никто. Я живу один, жена умерла полгода назад, а дети и внуки разбросаны по всей стране. Раз в неделю ко мне приходит убираться соседка. Признаться, я никогда не прятал книги. Двадцать лет работы реставратором научили меня обращению со старинными вещами.