Цена главной роли

И вот теперь Алехин продал меня с потрохами этому столичному хлюсту в кожаных штанах.

Я уже сообразила, что произошло. Более того, я знала, что случится прямо сейчас. Даром пророчицы Кассандры я, конечно, не обладаю, но живу на свете все же довольно давно.

Столичный гость наверняка навел обо мне справки, Алехин по доброте душевной выложил все что знал, и теперь Каменецкий собирается предложить мне работу. Даже понятно какую – присмотреть за его капризным подопечным.

В принципе, почему бы и нет? Как раз сейчас я свободна.

Недавно я вернулась из деловой поездки в Венецию, где пришлось освежить навыки сыщика. Кстати, то дело едва не стало последним в моей карьере.

Каменецкий – человек, мягко говоря, не бедный и от жизни привык получать только лучшее. Ничто не мешает мне запросить за свои и без того недешевые услуги совершенно неприличную по провинциальным меркам цену – и он даже торговаться не станет.

Конечно, мальчишка-вампир меня раздражал. Капризный, избалованный, привык решать все проблемы с помощью своей потрясающей улыбки.

Так что же? Я ведь не замуж за него собираюсь, в самом деле. А мириться с причудами клиентов я давно привыкла, на то мы и профи.

Словом, я была готова согласиться, хотя пока мне еще никто ничего не предлагал. Но уж очень мне не понравилось, как меня сдал Алехин. Не спросил ни о чем, не посоветовался – друг называется! Поэтому я дождалась, когда Каменецкий произнесет кодовую фразу: «Мы хотим предложить вам работу», и только потом отрицательно покачала головой.

Алехин изумленно уставился на меня. Обычно я не строю из себя примадонну и не отказываю клиентам без объяснения причин. Каменецкий поднял брови и посмотрел на Алехина: дескать, ты же обещал, приятель.

Мне стало жаль капитана. Я решила сменить гнев на милость и сказала:

– У меня мокрый костюм, и в кроссовках полно воды. Мой телефон утонул, так что я даже не могу успокоить тетю, которая наверняка недоумевает, куда я подевалась. Поэтому сейчас я поеду домой. Надеюсь, Игорь Юрьевич не откажется меня подбросить? А часикам к двенадцати приеду в вашу гостиницу, – тут я повернулась к продюсеру, – вы ведь в «Стольном граде» остановились?

Каменецкий кивнул:

– Тысяча извинений.

Я должен был сам сообразить. Конечно, мы будем вас ждать. До встречи, Евгения.

После этой тирады он сунул руки в карманы своего кожаного пиджака, отчего немедленно приобрел сходство с великим режиссером Эйзенштейном, и зашагал в сторону гостиницы.