Цена главной роли

Просто кудрявый джинн из лампы.

Я смерила взглядом толстушку и сказала:

– Да, пожалуй, вы можете мне помочь. Мне нужна информация обо всех в этом зале.

Соня уже открыла рот, чтобы поделиться со мной сведениями о членах съемочной группы, но Макс резко встал.

– Я не голоден, – морща аристократический нос, заявил актер. – Не собираюсь здесь сидеть и смотреть на эти осточертевшие рожи. Я иду к себе.

Пришлось встать и мне. Молча я проводила охраняемый объект до самого номера. Макс собрался уже хлопнуть дверью у меня перед носом, но я придержала створку, не давая ее закрыть.

На руках молодого актера вздулись мышцы. Если я не выгляжу как Кевин Костнер в фильме «Телохранитель», это вовсе не значит, что я не могу действовать так же, как он.

Максу пришлось уступить, и я вошла в номер. Юноша бросился на кровать прямо в обуви и демонстративно достал телефон. Я уселась в кресло и мирно сказала:

– Послушайте, Максим, нам нужно кое-что прояснить.

Ионов мрачно молчал.

– Станислав Сергеевич нанял меня ради вашей безопасности.

Нравится вам это или нет, но двенадцать дней, до вашего отъезда из Тарасова, я буду рядом. Так что предлагаю заключить перемирие. Я ведь вам не враг. Просто выполняю свою работу.

Макс отложил телефон и наконец-то посмотрел на меня.

– Хорошо, – наконец выдохнул синеглазый красавец. – Я понял. Стас заботится о моей безопасности, поэтому нанял вас. Всем остальным глубоко плевать, если на следующий день после съемок я сгорю заживо. Им бы только доснимать последние шесть серий.

Надо же, оказывается, он все понимает. И то, как относятся к нему окружающие, и то, каким его воспринимают. Да, мальчик вовсе не глуп. Просто очень красив. Когда видишь такое совершенство, как-то не верится, что у него и кое-какой интеллект имеется.

– Не думайте, что я не ценю заботу Стаса, – тихо произнес Максим. – Он единственный, кому я небезразличен. Чего вы хотите?

Мне понравился его тон – ровный, деловой. Когда маска капризной звезды сползала, под ней оказывался вполне нормальный человек.

Нормальный, да. Если бы не склонность к суициду.

Больше всего мне хотелось задать ему несколько вопросов именно об этой тяге к саморазрушению. Но сейчас было не время. Рано, парень мне пока не доверяет. Ничего, я выясню все что нужно.

– Не мешайте мне выполнять мою работу. Я гарантирую вашу безопасность, только не делайте глупостей. Договорились?

– Глупостей? – Макс нахмурил изящные брови.