Чудо перевоплощения

Помоги мне дать отпор Альберту и его людям, пожалуйста! Сама я не справлюсь, я такая слабая, ранимая…

– А сразу ты не могла мне всего этого рассказать? – Я не очень-то верила в правдоподобность Зинкиного рассказа. Точнее, я не исключала, что говорит она правду, но сильно сомневалась, что я ей нужна исключительно для выяснения отношений с людьми ее мужа.

– Могла, но это означало бы, что я тебя на работу нанимаю, а я рассчитывала отдохнуть с тобой просто как с подругой, а не как с телохранителем.

– Значит, как отдыхать, так с подругой, а если проблемы, то ты не прочь использовать меня как телохранителя? – усмехнулась я.

– Ну зачем ты так. – Она сделала вид, что обиделась, отвернулась в сторону и пару раз ненатурально всхлипнула.

– Скажи прямо: ты не хотела платить мне за работу?

Мой вопрос вогнал ее в краску. Вообще, Зинка умела вызывать на своих щеках появление легкого румянца, символизирующего смущение. Но когда ее брали с поличным, она просто заливалась краской и походила на обмороженного Деда Мороза.

– Я заплачу, если надо, – стыдливо сказала она, не поднимая своих небесно-голубых глаз.

– Поговорим об этом позже. – Я решительно поднялась с дивана и подошла к двери. Прежде чем выйти из комнаты, я резко обернулась, посмотрела на подругу и задала самый важный вопрос, который уже не раз задавала ей этим утром: – Почему в тебя стреляли? Альберт хочет избавиться от тебя?

– Не знаю. – Она уткнулась лицом в спинку дивана и разрыдалась. – Он изменил мне с этой дрянью, вертихвосткой малолетней, – говорила она сквозь слезы, – куклой разукрашенной! Он уже целый месяц вокруг нее крутится, а я для него стала пустым местом.

 – Неожиданно Зинка подняла голову и посмотрела на меня сквозь слезы. – Помоги мне, Женечка, побудь со мной, я боюсь! Теперь уже точно боюсь. Если ты настаиваешь на том, что стреляли не в тебя. – Она сделала паузу и вопросительно посмотрела на меня, ожидая ответа.

– Я больше склоняюсь к мысли, что стреляли в тебя. – Мне не удалось успокоить ее своим ответом.

– Но Альберт не мог, зачем ему это? – И она снова впала в истерику.

Я вышла в коридор, прикрыв за собой дверь. Сейчас от Колывановой сложно будет получить информацию, она целиком и полностью поглощена своими обидами на мужа и страхами перед будущим. Единственное, что я могу сделать для нее в данный момент, это дать ей как следует выплакаться, только после этого мы сможем поговорить и обсудить дальнейший план действий.