Новеллы. Второй том

Екатерина заметила меркантильность хозяйки: в ее глазах вспыхнул огонь интереса, взволнованно забегали искорки, и она словно что-то взвешивала в голове. Это давало Екатерине надежду, появилась спасательная соломинка, за которую она могла зацепиться.

– Я хочу подарить ему машину!

– Да что вы, барышня! – не поверив собственным ушам, воскликнула хозяйка, подумав, что у Екатерины не все дома, а посему стала с ней разговаривать как с больным, неадекватным человеком.

Элеонора знала цену вещей и понимала, сколько стоит машина.

Даже от своих мужчин не видевшая подобных подарков, она не могла поверить, что за какое-то бельмо какая-то женщина, пусть даже и богатая, подарит ее зятю автомобиль! В ее понимании дело было нечистым, а посему промелькнула подозрительная догадка: никак эта шатенка присмотрела Тимура себе в альфонсы.

– Не выдумывайте, милочка, машина вам самой пригодится. А вылечил вас кто-то другой или что-то другое! Это я вам как врач говорю! Тимур здесь ни при чём.

Да и машину-то водить он не умеет, – Элеонора Давыдовна, разнервничавшись, пошла к плите и снова поставила чайник на конфорку.

За окном слышался гул автострады, по которой днем и ночью, как только становилось тепло, счастливые отпускники ехали на море.

– Зато ваша дочь прекрасно мотороллер водит. А у меня, знаете, такая синяя «шестерочка».

– А где вы видели мою дочь? – еще больше утверждаясь в догадках, обернулась Элеонора.

– Там же, где и Тимура, на площади, они вместе сели на мотороллер и уехали…

«Так и знала…» – в глазах Элеоноры Давыдовны, давно подозревающей зятя в похождениях на сторону, мелькнула злоба.

Она вспомнила свои мысли перед тем, как открыла дверь этой случайной гостье. «Да и случайностей нет на свете. Кто-то мне об этом говорил?». Но, не подав виду, будто что-то не так, взяла себя в руки и принялась убеждать собеседницу в том, что такой дорогой подарок Тимуру ни к чему. «Сейчас разберусь с одной, а потом займемся другими», – решила обладавшая кое-какой житейской мудростью Элеонора Давыдовна.

В конце концов, Екатерина сдалась. Мало кто последние четверть века мог противостоять напору рыжеволосой и знойной мадам. «Давайте будем просто дружить! Позовите меня на показ мод!» – предложила она и, выпив с Екатериной еще по чашке зеленого чая, который так кстати оказался в комоде, обычно до отказа забитом кофе, выпроводила ее праздновать выздоровление домой.