Девушки любят похолоднее

Как только ребята узнали, какой именно коттедж я сняла, мне объяснили, что к соседям лучше не соваться – чужих там не принимают, с соседями не общаются.

По здешним преданиям, Манаровы – самые первые «новые русские» в поселке. Манаров откупил три усадьбы, выходившие огородами на берег Волги, снес дома и выстроил первый в Затонном особняк. За ним потянулись и остальные. Земля в поселке подорожала. Местные сначала ворчали – ну, не любят у нас богатых, – а потом осознали, что, продав дедовскую халупу, можно купить жилье в областном центре, и процесс пошел.

Остались в основном упертые старики, не желавшие расставаться с домом и землей, где прошла вся жизнь и их самих, и их отцов и дедов. Не были востребованы пока и дома, расположенные подальше от берега. Но и их хозяева, в конце концов, оказались в выигрыше: когда развалился колхоз, центральная усадьба которого была в поселке, и большинство жителей остались без работы, выяснилось, что их умелые руки пригодятся в особняках, выросших на месте избушек-развалюшек. Старики пошли в сторожа (в дома попроще, туда, где не было своей охраны), женщины – в поварихи и горничные, а рукастые мужчины занялись мелким ремонтом, который всегда требуется в большом доме. Хозяев даже устраивало, что не приходилось вызывать специалистов из Тарасова, и телефоны электрика дяди Миши, сантехника Дениса Николаевича, плотника Аркаши передавали от соседа к соседу. Разумеется, оказались в поселке и недовольные, те, кому богатые особняки «новых русских» что кость в горле. Но молодые люди к таким не относились, они, выросшие в эпоху первоначального накопления капитала, даже не столько завидовали нуворишам, сколько мечтали оказаться на их месте, ничего при этом не делая. Поэтому в их рассказах преобладали положительные оценки и нотки зависти.

Нина с упоением рассказывала о Гуле. Надо же, при таких деньгах одевается она в джинсы и маечки. Собственной машины у нее нет – папины охранники куда нужно отвозят и привозят. Играет и играет на своем рояле – как будто больше заняться нечем! Про парня ее никто не слышал – наверное, его и не было никогда.

Друзья к ней редко, но приезжают. Конечно, компания у нее своя, с местными она не тусуется, но при встрече ведет себя нормально. В последнее время, если попросишь, автографы раздает, плакаты рекламные своей группы. Отец держит дочку в ежовых рукавицах – человек восточных традиций, что с него взять? Гуля ни шагу без его разрешения не сделает, но выступать в ансамбле он ей почему-то разрешил.