Длинноногая мишень

Тетушка появилась минут через десять, прижимая к груди довольно объемную посылку. «Чтива ей теперь хватит на неделю», – подумала я и поднялась Миле навстречу.

– Девочка, а ты не переутомилась? – озабоченно спросила тетушка, узнав, что я выскочила на улицу, забыв дома ключ.

– Нет, – улыбнулась я. – Просто контужена истошным криком молочницы.

Мы вернулись домой, слегка подтрунивая друг над другом по поводу моей внезапной забывчивости. Тетушка, естественно, о сегодняшней потасовке во дворе ничего не знала, а говорить ей об этом не хотелось.

Итак, едва я переступлю порог, кто-нибудь из соседок наведается к ней и с пылкой страстью расскажет о случившемся, да еще прибавит маленько!

Времени до приезда выделенного мне «Мерседеса» оставалось не слишком много, но для сборов вполне хватало. Я уселась к трюмо и принялась за макияж.

Во-первых, сегодня мне придется сделать его так, чтобы не выделяться из толпы, а во-вторых, макияж поможет изменить мою внешность. Оксана не должна узнать меня!

Собственно говоря, изменение внешности – работа кропотливая.

Если ты не знаешь, что нужно делать, то все старания пропадут напрасно. Изменяя внешность, совсем не обязательно уродовать лицо. Нужно только одно – чтобы весь твой внешний облик полностью соответствовал новому внутреннему образу.

Не стану вдаваться в подробности этого процесса, так как мой рассказ грозит в таком случае затянуться до бесконечности. Скажу только одно – с задачей я справилась.

Очки, туго стянутые сзади волосы и агрессивный взгляд по мановению волшебной палочки превратили меня в богатую феминистку.

Оставалось только дополнить облик брючным костюмом и косметикой холодных тонов, и создание нового облика было завершено. Слегка изменив походку и напрочь стерев с лица улыбку, я стала абсолютно неузнаваемой.

Эффективность моей феминистской внешности проверять на тетушке было бесполезно, потому что она уже давно привыкла ко всевозможным перевоплощениям, а вот озадачить шофера я попросту посчитала своим долгом.

Дима подогнал машину прямо к подъезду и трижды просигналил.

Я выдержала некоторую паузу и, чмокнув в щеку зачитавшуюся тетю, спустилась вниз.

– Молодой человек! – строго проговорила я, подходя к Диме, старательно высматривающего меня в окнах многоэтажки. – Кто вам разрешил сигналить во дворе?

Водитель недоуменно взглянул на меня, старательно соображая, что ответить нагловатой мужененавистнице. Грубить он, по-видимому, не хотел, однако и вежливого ничего придумать не мог.