Девушка с легким характером

– Артем, зайди ко мне, – приказал он бармену, проходя мимо бара, и исчез за одной из дверей.

– Сейчас, Константин Аркадьевич, – подобострастно отозвался ему вдогонку парень.

– Артем, не в службу, а в дружбу: кто это?

– Один из хозяев ресторана, – ответил бармен и быстро зашел в ту же комнату, что и Константин.

А я повернулась и посмотрела на второй столик, за которым, как мне сказал Артем, сидел Леонид – бойфренд пропавшей Клементины. Да, выглядел он примерно так, как и описали его мне однокурсницы Клементины: крепкий, плотный брюнет с усиками.

И лет ему было примерно тридцать три – тридцать пять. Перед ним стояла наполовину пустая бутылка водки. Вид у Леонида был грустный.

Я направилась прямо к его столику. Подойдя вплотную к нему, я спросила:

– Можно присесть? Вы не возражаете?

– Валяй, – равнодушно бросил Леонид.

Вот ничего себе! Даже не посмотрел. Похоже, Артем прав: у бойфренда Клементины депрессия по полной программе.

– Вы кого-нибудь ждете? Или просто скучаете в одиночестве? Скучаете и пьете? – Усевшись за столик, я стала забрасывать его вопросами.

Он посмотрел на меня, и взгляд его выражал примерно следующее: «А не пойти ли тебе куда подальше? Чего лезешь в душу и докапываешься?»

Тем не менее я полезла в сумочку и извлекла из нее фотографию Клементины.

– Готова поспорить на что угодно, что вы ждете эту девушку, – сказала я, кладя на стол перед Леонидом фото.

– Где ты взяла фотку Тины?! – вскричал Леонид.

 – И кто ты такая?

– Я частный детектив Татьяна Иванова, а фотографию Клементины мне дала ее тетя. Она наняла меня, чтобы я нашла ее племянницу, – объяснила я.

– Я тоже хочу найти Тину, – с тоской в голосе проговорил Леонид. – Знать бы только, где ее искать.

– Леонид, скажите, когда вы в последний раз видели Клементину?

– Ну… примерно месяц назад, а может, чуть больше, – ответил неутешный бойфренд девушки.

– Вы что, поссорились с ней? – спросила я.

– Да какая, на фиг, ссора?! – вскипел Леонид.

 – Тинка вечно выделывалась, ей, видите ли, это в кайф. Спокойные, нормальные отношения ей не по нраву. Ей подавай адреналин, экстрим, острые ощущения.

– Вы имеете в виду наркотики? – уточнила я.

Леонид замялся:

– Ну, не знаю. Наркоманкой она точно не была, а так… возможно. Нет, я хотел сказать, что ей нравилось, когда ее клинило, плющило, топырило, если вы понимаете, что это такое. Это, кстати, ее выражения.