Дольче вита с риском для жизни

 – Ты только посмотри, как все отлично – словно загипнотизированный удавом кролик, я иду в ловушку и превращаюсь в пай-мальчика. Внемлю каждому слову неожиданной спасительницы.

– Милая деточка. – Ударив по тормозам, я остановила машину, предварительно, правда, убедившись в безопасности маневра. – Предложенная тобой версия вызывает интерес. – Я повернулась к Анне. – Надеюсь, только ты сама до нее додумалась, а не подружки в Инстаграме подсказали. – Улучив подходящий момент, я вырвала из рук девицы смартфон и запустила им в окно.

Пассажирка вскрикнула и схватилась за ручку двери, но я ее предусмотрительно заблокировала. Отжав рычаг переключателя скоростей, я надавила ногой на педаль газа, заставив послушный автомобиль рвануть с места.

– Ты совсем охренела? – завопила пассажирка, превращаясь из милой девушки в базарную бабу. Метаморфоза стремительная, но не удивительная – подобное мне доводилось наблюдать отнюдь не единожды.

– Это ты охренела! Думаешь, я совсем слепая? Хочешь, чтобы нас нашли по твоим сообщениям?

– Я геолокацию отключила.

 – Девчонка опять разревелась. – Вов, ну скажи ей! Чего она? У меня там вся жизнь, считай, а она…

– Ничего, переживешь. – Признаваться в том, что я, пожалуй, и впрямь немного погорячилась, не хотелось. – Увижу, что кто-то выходит в Сеть… Или даже пытается это сделать… Пеняйте на себя! Это и тебя касается, – мой указательный палец уперся в Володьку. – Твой отец наделил меня широкими полномочиями. Нужно будет, запру в подвале и даже свяжу, не задумываясь.

Моя задача – тебе жизнь сохранить, и я ее любой ценой решу. Надеюсь, вам это понятно?!

– Да уж куда яснее-то? – усмехнулся Антонов. – И все же, – парень расслаблено откинулся на спинку автомобильного сиденья, – чем больше я об этом думаю, тем больше прихожу к выводу, что не так страшен черт, как его малюют. Сдается мне, права Анька-то, покушение – ваших с отцом рук дело. Снимаю шляпу, – мальчишка сделал вид, что приподнял над головой невидимый головной убор, – разыграли все как по нотам.

Из моей груди вырвался тяжкий вздох. Спорить не было ни сил, ни желания. Да и другие мысли занимали меня в тот момент. Наблюдая мелькающие за окном прекрасные итальянские пейзажи, я пыталась сдержать рвущиеся из глубин сознания воспоминания. С таким трудом выстраиваемая весь предыдущий год плотина вот-вот могла рухнуть под их неудержимым натиском. Собственно, она уже дала течь, пропустив смутные образы и неясные ощущения.