Фатальная красота

Чем конкретно он владеет и где я его при желании смогу найти?

– Этот человек является директором фирмы с незатейливым названием «Мебель из Европы», а также владельцем многих мебельных магазинов. Помимо этого у него еще есть…

– Иван Александрович, – прервала я клиента. – Извините, но мне нужен адрес его офиса. Список его имущества как таковой для расследования значения не имеет.

– Хорошо, минуточку подождите… у меня адресок где-то в записной книжке был…

Через пару минут координаты конкурента второго подозреваемого были у меня в кармане, и я распрощалась с клиентом, пообещав звонить.

Поговорить с Сергеем необходимо было в первую очередь. Впрочем, то же самое относится и к подругам Виктории, которые пока остаются для меня темными лошадками. Видно, придется побеспокоить Мельникова, все равно он занимается смертью Казаченко и сильного урона ему нанесено не будет, если он поделится со мной информацией.

На то, чтобы отыскать служебный номер старого друга, ушли считанные секунды, и вскоре я услышала его голос.

– Андрей, это Таня Иванова, если не узнал.

– Как же я могу тебя не узнать? – с неестественным энтузиазмом произнес Мельников. – Привет-привет, какими судьбами?

– У меня появился клиент, который просит расследовать дело о смерти Казаченко. Если не ошибаюсь, ты уже по самые уши ушел в расследование его гибели?

– Верно, расследование продвигается полным ходом. Хотя известно не так уж много фактов. Сама понимаешь, правду из пальца не высосешь, нужны достоверные сведения.

– Согласна и полностью тебя поддерживаю, поэтому рассчитываю на твое милосердие и исполнение моего заветного желания: облегчить мой нелегкий труд поиска истины. Женщина я слабая и нуждаюсь в мужской поддержке, – прикинулась я казанской сироткой.

– Выражайся яснее, – сказал Андрей, якобы не поняв суть моей просьбы. Ладно, разъясним популярным языком.

– Андрюша, меня интересует, во-первых, что за устройство было подложено в машину Казаченко, во-вторых, показания подружек, которые отдыхали вместе с вдовой.

– Наглость – второе счастье, – ничуть не удивившись моей просьбе, сказал Андрей и вроде бы задумался.

– Спорить с умными изречениями – напрасный труд и поэтому смиренно прошу не бросить в беде лучшую подругу на произвол судьбы, – подбросила я еще одну сладкую пилюлю.

– И тут тебя угораздило приплести судьбу. Ладно, слушай в оба уха, – смилостивился Мельников. – Бомба оказалась самодельной, причем сделать ее смог бы даже дилетант.