Хрустальный шар судьбы

Или что похуже… Не поделили что-то с этой Новожиловой. Захотели ей отомстить. Я так понял, она девчонка резкая была. К тому же красивая, я фото видел. Может, ей завидовали.

– «Может, может!» – передразнила я его. – Ты словно на воде гадаешь. На чем-то твои предположения основываются? Ты говорил с этими одногруппниками? Что, у них с Марианной были конфликты?

– Таких уж крупных не было. Но вот некоторые студенты Новожилову откровенно недолюбливали. И это заметно.

– Да, очень уж сильно нужно человека недолюбливать, чтобы решиться на убийство, – заметила я.

 – Она реально кому-нибудь мешала?

– Да кому она могла помешать! – с досадой проговорил Андрей. – Я сам всю голову сломал: сирота детдомовская, живет в комнатушке в общаге! Кому могла быть выгодна ее смерть? Да никому! Вот и остается – выдвигать другие версии, нематериального характера. А если вообще все случайно получилось? Ну, напутали девчонки-студентки чего-то, подсунули ей в спешке не тот препарат, потом перепугались… Допустим, у нее голова болела?.

.

– Я все-таки не думаю, что у простых студентов имеются яды в полном и бесконтрольном их распоряжении, – недоверчиво покачала я головой. – К тому же ты полагаешь, что студенты их хранят вперемешку с лекарственными препаратами?

Мельников только вздохнул, и я поняла, что он и сам не знает, отработкой какой именно версии милиции следует заняться. Поскольку – Сергей Николаевич Черкасов был прав! – у Андрея и не было ни одной мало-мальски здравой версии.

– А вот некий Анатолий Лебедев, – напомнила я.

 – Главный свидетель по этому делу, как я понимаю. Если не сказать подозреваемый… Его действительно отпустили? Он же вполне может быть виновен.

– Не может, – угрюмо ответил Мельников. – Алиби у него. Яд-то длительного действия, Таня, понимаешь? А Новожилова пробыла у Лебедева всего несколько минут. Мы проверяли: в час дня у нее закончились занятия, после чего она и зашла к приятелю. И к этому моменту яд в ее организме находился уже несколько часов. Так что Лебедев не при делах.

А до этого она была только в училище. Я потому и думаю на этих медиков недоделанных!

– Дай-ка мне адрес Лебедева, – попросила я. – А то у меня только приблизительное описание.

– Ищи, он там есть, – Мельников кивнул на папку с «Делом». – Но вряд ли он что-то важное тебе скажет, мы его уже отработали.

– Ее комнату тщательно осматривали?

– Более чем.

– Никакого дневника, личных записей не нашли?

– Нет, – с нажимом выдохнул Мельников.