И грянул выстрел

К тому же у обеих Черемысленниковых были короткие стрижки, которые никак не нуждались в каких бы то ни было шпильках. Стало быть, владелицу шпильки следует искать среди прислуги. Это могла быть или повариха, или горничная, или гувернантка.

Я еще раз вернулась в ротонду и буквально облазила пространство вдоль и поперек. Но ползала я не зря. В одном из углов, ближе к выходу, в почве что-то виднелось. Я подковырнула землю и вытащила маленькую перламутровую запонку. Кому она принадлежит? Скорее всего, убийце.

Ведь на Самохвалове была футболка, которая никак не вяжется с запонкой.

Еще одну находку я обнаружила под одним из окон коттеджа. Я обошла его со всех сторон. А если быть точнее, к коттеджу подходило определение «загородный дом». Это было двухэтажное строение, без архитектурных излишеств и нагромождений в виде башен и башенок, шпилей и тому подобных деталей. У правой стороны дома росло раскидистое дерево, и вот как раз около его основания я и отыскала маленький флакон из-под лекарства.

Флакон был пустой, и этикетка на нем была содрана. Со всеми предосторожностями я поместила флакончик в целлофановый пакет.

Если все эти находки относятся к убийству, то сработано преступление на редкость грубо. И ладно запонка, вполне могла потеряться. А флакон с лекарством – пока я предполагала худшее, что это орудие убийства, – выброшенный рядом с местом преступления? Странно…

Я подошла к Анастасии и спросила ее, какая комната расположена как раз напротив дерева.

– Это гостевое крыло, – объяснила девушка, – а вот это окно, выходящее на сторону, где растет дерево, находится в комнате, в которой ночевали Александр Кириллович и его жена Виолетта.

Вот оно что! Может быть, женушка Самохвалова приложила руку к его смерти? Как знать. Доля логики в этом есть. Подлила дамочка мужу лекарство, а флакончик швырнула в заросший сад. Если бы не выстрел, может, и за несчастный случай все бы сошло. Во всяком случае, необходимо будет провести анализ флакончика на предмет отпечатков пальцев.

Загружу-ка я этим делом Кирьянова, когда вернусь в Тарасов.

– Скажите, Анастасия, а как вы сами думаете, кто мог убить Самохвалова? – спросила я.

Девушка замялась.

– Не хотелось бы наговаривать, – начала она неуверенно.

– Так мы же с вами не сплетницы на завалинке. Вы не наговариваете, а делитесь своими соображениями, чем помогаете в расследовании, – успокоила я ее.