Комплекс Наполеона

Анатолий полез туда и достал початую бутылку, на треть наполненную водкой.

– Это что – все, что ли? – изумился он.

– А что, мало? – огрызнулась Антонина. – У меня горе, между прочим! У меня жизнь наперекосяк пошла, а ты упрекаешь!

– Я не упрекаю, а к тому говорю, что мне тоже надо! – миролюбиво сказал тот, наливая водку в стакан.

– И мне плесни. – Антонина протянула рюмку.

– Хватит уже! – воспротивился было Анатолий, но Антонина резво соскочила с дивана и буквально выдернула бутылку у него из рук, налив и себе водки.

– На мои, между прочим, куплена, – гордо заявила она.

Анатолий ничего не ответил, залпом опрокинул стакан и, заметив на столе кусок хлеба, занюхал им. Антонина тоже выпила, не закусывая и не занюхивая водку.

– Пожрать-то есть что? – спросил он.

– Вон, – Антонина кивнула на холодильник.

Анатолий открыл его, но обнаружил лишь открытую банку килек, в которой, кроме томатной подливки, больше ничего не было.

– И все? – снова изумился он.

– Хлеб вон на столе есть, – предложила Антонина.

 – Некогда мне было сегодня готовить, меня и так как топором по голове ударили! И не ходила я никуда! Ты вон мог бы купить, если жрать хочешь.

– Ты ж знаешь, у меня денег нет!

– А у меня прямо миллионы везде разложены! – ехидно ответила Антонина. – Миллионы-то – они вон у кого теперь! Только нам с тобой с них шиш с маслом!

Анатолий заворчал что-то, но сел к столу и принялся макать кусок хлеба в банку. Покосившись на Антонину, он быстро вылил остатки водки в стакан и столь же быстро опустошил его.

Антонина посмотрела на него явно недружелюбно. Закусив, Анатолий откинулся на спинку стула и задумался.

– Что, неужто и впрямь парня забрать решил?

– Да, так и сказал! И в детдоме уж был, документы, говорит, оформляю. Да вот не успел…

– А ты бы не позволяла! – повысил голос Анатолий и даже пристукнул кулаком по столу. – Ты мать, в конце концов!

– А я и не позволяла! – закричала женщина. – Только он говорит, что меня и спрашивать никто не станет! Не нужно никому согласие мое! Теперь-то выходит, что он, подлец, на ребенка-то отказную не писал, значит, имеет все права.

А я вот никаких прав теперь не имею!

Анатолий задумался.

– Слышь, Тонь… – через пару минут проговорил он. – У тебя это… деньги есть?

– Здрасьте пожалуйста, – окрысилась Антонина. – Все уши тебе прожужжала, что нету, не-ту! Я тебе битый час рассказываю, как я сегодня ни с чем осталась, а ты все свое.