Комплекс Наполеона

Анатолий же, обрадованный ее замешательством, принялся подливать масла в огонь:

– До суда дойдет – и тебя вызовут как миленькую! И не как свидетельницу! А как сообщницу! Ты мне поверь, я эти дела хорошо знаю! А там, думаешь, они тебя покрывать станут?! Ха! Нужна ты им! Сдадут со всеми потрохами! Кто ты такая? Так, никто! А они? У них деньги, а значит, все! К тому же репутацию твою все знают. Козлом отпущения быстренько тебя оформят и отправят в женскую колонию, а то и на зону! Прокурор с адвокатом денежки получат и между собой договорятся, судье тоже только на лапу давай! Не знаешь, что ли, как эти дела делаются? К тому же и алиби у тебя нет! А эта… през… презупция невиновности – это для детей все!

Анатолий, не бог весть насколько сведущий в юриспруденции, вконец загнал своими терминами в угол Антонину.

– Тоня, дай сейчас! Дай денег, как человека прошу! У самого душа болит – думаешь, я за тебя не переживаю? Сколько ты намаялась? Э-э-эх!

В голосе Анатолия послышались слезливые интонации.

– Ой, судьба моя грешная-а-а! И что же мне теперь делать?

– А я тебе помогу, – неожиданно спокойным голосом заявил Анатолий.

– Как это? – удивленно подняла на него покрасневшие глаза Антонина.

– А вот так. Вот давай выпьем, чтобы голова яснее работала, и я тебе скажу. Я кое-чего придумал, чтобы твой урод таким гоголем не ходил! Мы с него спесь-то собьем! И с остальными разберемся!

Антонина задумалась.

– И то верно, – сказала она наконец со вздохом, слезая с дивана. – Сегодня выпить не грех. Посидим, поговорим по душам. Пойди купи… И это… Закусить чем-нибудь и правда надо.

Она подошла к серванту, загородив его своим телом, достала откуда-то тщательно свернутую сотенную бумажку и протянула Анатолию. Тот, быстро повеселев, нахлобучил шапку и куртку.

– Я сейчас, один момент, – сказал он, выбегая из дома.

– Давай, – вяло отозвалась Антонина.

Она посидела еще на диване, подперев рукой щеку, погоревала о своей тяжелой бабьей доле, а потом и сама не заметила, как задремала…

* * *

Вначале я дозвонилась по мобильному до Володи Кирьянова, который, естественно, сразу же меня узнал.

– Володя, привет. Вот по какому вопросу беспокою – слышал что-нибудь про смерть мальчика в детском доме?

– Слышал, конечно, – откликнулся Кирьянов.