Коварство дамы треф

Я крутанула руль резко влево, потом вправо, взяла нужный курс и погнала вниз по улице.

Пашка-малой не подвел: я заприметила серебристо-серую «Мазду» уже издалека – точно как он и говорил, на ближайшем перекрестке. Обездвиженная машинешка замерла у обочины, аккурат под фонарным столбом. Дверца со стороны водительского сиденья была распахнута, вздыбленный капот подпирал щиток, а водитель сгорбился над металлическим нутром своего четырехколесного друга. Он даже не поднял головы, когда я, сбавив скорость до минимума, подрулила к нему: засучив рукава пальто, Кронштадтский пытался реанимировать свою машинку.

«Зря стараешься, Пашка свое дело знает!» – мысленно усмехнулась я, поравнялась с «Маздой», опустила стекло и пригнулась к рулю, выжидая момент, когда неудачливый автолюбитель заметит меня. Но Кронштадтский продолжал возиться с проводками и прочими премудростями иностранного автопрома и на подмогу явно не рассчитывал. Я коротко посигналила. Не разгибая спины, он бегло глянул в мою сторону.

– Нужна помощь? – как можно дружелюбнее спросила я.

– Спасибо, сам, – отозвался Кронштадтский, повыше закатал рукава пальто и снова погрузил руки внутрь капота.

То ли он не узнал меня, то ли не пожелал общаться с девицей, которая недавно обобрала его до нитки. Но не для того же я затевала весь этот спектакль и вообще две недели подряд рыскала по всем злачным местам Тарасова, чтобы теперь просто сдаться и укатить восвояси! Придется действовать более решительно, если не сказать нагло.

Я нацепила на лицо специально заготовленную для такого случая непринужденную улыбку и выпорхнула из авто:

– Да брось, давай помогу! Ночь на дворе, дорога эта не особо проездная, ты следующую попутную машину до утра можешь ждать. А на то, чтобы вызвать эвакуатор, денег у тебя, как я понимаю, не осталось…

На этот раз Кронштадтский удосужился выпрямиться и окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног, а потом обратно.

Когда его глаза остановились на уровне моих, он наконец ответил:

– Ну если ты в машинах разбираешься так же хорошо, как в картах…

Грубиян! А может, он просто догадался, что у меня было четыре туза в рукаве? Да нет, откуда бы…

Стараясь не терять дружелюбного тона, я продолжала:

– Может быть, в машинах я разбираюсь и не очень хорошо, но кое-чем точно помогу.

Кронштадтский демонстративно развел руками и посторонился.