Зигзаг судьбы

Он стоял с обратной стороны моста, вцепившись крепко руками в скользкие перила, от напряжения пальцы рук дрожали, а самого его трясло. Человек был достаточно молод и симпатичен, но совершенно измучен жизнью. Его знобило, губы были синеватыми, он был очень худым. Парень явно готовился к прыжку с виадука на рельсы.

Глаза Александры привыкли к сумеркам, и ей было видно, как молодой человек тяжело дышал от страха. Кроме того, очевидно, он был болен, капли пота и румянец на щеках выдавал высокую температуру и лихорадочное состояние.

Но ту, нарушая естественную тишину, виадука с его лишь обычными звуками, нарушил неожиданно резкий, грудной женский голос, обращающийся к юноше.

Саша услышала этот голос, как и парень, который обернулся на него.

– Чего же ты ждёшь?! Боишься прыгнуть? – Спросил голос.

– Я ничего не боюсь! – Уверенно ответил парень.

– Да, это я уже заметила… – ответила девушка.

– Кто ты такая?! – Спросил парень. – У тебя крылья за спиной! У меня галлюцинации? Тебя не существует! – он зажмурился и мотнул головой.

– Ошибаешься, как раз я-то есть, всегда была и буду! А вот тебя не будет, если разомкнешь пальцы, – девушка передвинулась, пересев к нему ближе, она свесила ноги вниз и совершенно не боясь упасть.

– Кто ты такая? – Отчаянно прошептал парень, видимо что-то начиная понимать, глядя в её бездонные, поблескивающие в ночи, глаза.

– Я та, которую ты предал! Я дала тебе себя, свою великую часть себя. А ты предал! Взял и предал все, что тебе дали.

– Я-я…я не понимаю, о чем ты!!! – Парень, заикался и напугано попятился от нее, он будто понял, что происходит все не в привычном для него иллюзорном виде, а наяву, что это не гагаллюцинации.

К тому же, он был без наркотического укола уже три дня. У него, конечно, началась ломка, но галлюцинаций точно не могло быть. Но и мучиться он больше не хотел.

– Ты все понимаешь. Чего у тебя было вдоволь? В детстве? В юности? Когда ты начал принимать наркотики, тебе казалось, что мой дар бесконечен! Кто же я?!!! Смотри мне в глаза! – Девушка неестественным образом изогнулась, словно ее тело было пластилиновым, и, приблизившись лицом к лицу, заглянула в его глаза, сверкнув черными глазницами, из которых вырвались проблески молний.

Парень испугался и задышал очень часто.

– Время! – вылетел его вопль и раскатился по влажным шпалам, освещенными бессонными фонарями станции. Внезапный порыв ветра пронесся над пустынной эстакадой.

– Да… – тихо и печально сказала девушка.