Криминальный гороскоп

Я покосилась на Маргариту, но та стояла совершенно невозмутимая, а на лице подруги ясно читалось выражение: «Этого и следовало ожидать».

– Геннадий Владимирович, вообще-то уже очень поздно, – заметила я, не слишком-то спеша распахнуть дверь в квартиру. – Не может ли ваше дело подождать до утра?

– Не может, – решительно откликнулся бизнесмен, в голосе его звучала бешеная ярость, с чего бы это? – Мне надо поговорить с вами сейчас же, иначе с утра ждите неприятностей. Я вызову милицию.

Я взглянула на Маргариту, ожидая, что скажет она.

Сама я понятия не имела, что и думать. Почему Заворожный до такой степени на нас обозлился? Вот в чем вопрос. Ритка чуть заметно улыбнулась, глаза ее загадочно блеснули, и она произнесла мягко:

– Открой дверь, видимо, у Геннадия Владимировича случилось нечто очень серьезное, раз он появился в такое неподходящее для визитов время.

Я повиновалась, и Заворожный вошел в прихожую, которая сразу же показалась маленькой и неуютной от присутствия здесь злющего, как все черти ада, мужчины.

Костюм бизнесмена был мокрый – видимо, дождь не утих. А серые глаза его казались остриями стальной рапиры.

Я вознамерилась осведомиться, зачем Заворожный заявился к нам поздно ночью, но Маргарита меня опередила.

– Проходите, Геннадий Владимирович, думаю, лучше нам поговорить в комнате. Можете не разуваться, – слегка иронично добавила Ритка, обратив внимание на то, что бизнесмен даже не собирался снять забрызганные грязью кожаные ботинки.

Я же возмутилась, ведь полы предстоит мыть мне. Но благоразумно промолчала, не стоит еще больше выводить бизнесмена из себя.

Наконец мы прошли в гостиную, она же Риткин рабочий кабинет, и уселись – Маргарита перед компьютером, Геннадий Владимирович на диване у стены, а я на стуле, между ними.

– Итак, что же у вас произошло? – спросила я. Лучше бы молчала!

– Ну, знаете! – аж задохнулся от ярости Геннадий Заворожный. – Вы совершенно потеряли всякий стыд!

На мои колени шлепнулось несколько глянцевитых фотографий.

Несмотря на размытое изображение, Маргарита на них была вполне узнаваема – стоит в тени какого-то куста, мокрая и усталая, с грустным выражением на очаровательном лице.

А Заворожный продолжал вопить:

– Вы действуете грубыми методами, девушки! У меня вокруг дома система слежения!

– Что вы имеете в виду под «грубыми методами»? – поинтересовалась Маргарита сухо и чуть насмешливо.