Криминальный кураж

И я – командующий этой странной армией, единственный трезвомыслящий и знающий, что делать, человек.

Герман среагировал первым. Выудив из кармана мобильник, он настучал номер и отрапортовал напряженным, звенящим голосом:

– Произошло убийство. Исчез человек. Адрес…

Я удовлетворенно кивнула и заявила:

– В доме ничего не трогать. Идемте в комнату, пусть милиция разбирается.

Все последовали моему совету, прозвучавшему в форме приказа. Только Анастасия Астраханцева, задержавшись, поинтересовалась приглушенным голосом:

– Откуда такая уверенность в себе и способность справиться с ситуацией?

Ну надо же, а она сохраняет хладнокровие! Впрочем, я ведь тоже его сохраняю, так что это еще не повод подозревать ее.

Хотя… Неужели я начала кого-то подозревать? Включился рефлекс – расследовать преступление, особенно когда оно произошло у тебя под самым носом.

Я пожала плечами, оставив вопрос без ответа.

– Мы найдем Андрея в живых? – спросила Астраханцева.

– Мы, – выделив это первое слово, четко и максимально доходчиво откликнулась я, – мы не будем искать Перцевого.

Вдруг он мертв? – а я подозревала именно это. Слишком уж много крови там, где лежала собака. – Иначе мы можем затоптать следы, которые помогут милиции раскрыть дело. Как только приедет милиция, они обыщут дом. Вынести тело отсюда не могли, скорее всего. Но даже если и так – ничего уже не сделаешь.

Анастасия задумалась, выудила из кармана сигарету и чиркнула зажигалкой. Спохватившись, предложила сигарету и мне, и мы закурили, философски глядя друг на друга.

В комнате все на первый взгляд оставалось по-прежнему: стол с остатками пиршества, батарея бутылок на деревянной некрашеной столешнице, строй опустевшей тары под подоконником. Только люди вели себя странно для празднования. Светка рыдала, прижавшись к плечу всегда готового поддержать и выказать сострадание Сидоренко. Ванька ритмично поглаживал ее волосы. Супруги Лавкины о чем-то общались с Мародерским, оба взмахивая руками, а Гала еще и медно-рыжими волосами.

– А ведь его убил кто-то из нас… – кивнув в сторону двери, ведущей на задний двор, приглушенно произнесла сокраментальную фразу Анастасия, и я поразилась ее проницательности.

 – Только кто? Таня, как вы считаете?

– Никак, – отрезала я. – Я никак не считаю. У меня нет на это полномочий.

– В самом деле, вы же нас всех видите впервые в жизни, – не желала заткнуться Настя. Ее глаза холодновато-отрешенно блестели. – Только с Сидоренко знакомы давно, насколько я поняла.