Йети. Мистика

– Они хорошие работники, план перевыполняют… Жалко… – заступился его заместитель.

– Зато если за нами придут как за укрывателями экспериментов над людьми, будет не жалко! Ты думай, что говоришь! Нас же тогда самих в эти рудники загонят к чертовой матери! – размахивал руками начальник. – Сделаем так! Взорвите вход. Они там передохнут сами. Если их и найдут, нас ни в чем не обвинят. Завалило и завалило. Нет плодов эксперимента – нет проблем. Кто, когда, на что согласился – это уже значения иметь не будет. А если повезет, когда там уляжется сверху, сообразим, что делать.

А сейчас вход завалить!

– Будет сделано.

На том и порешили. Шахту обложили динамитом. А дальше – взрыв и обвал…

Павел и обезьянолюди пустились бежать по тоннелям, спасаясь от падающих камней. Шахта была глубокой, и бежали они долго.

Наконец обвал прекратился. Все остались живы. Но обратного пути, конечно, уже не было.

– Вот так да… Что же произошло? – спросил ошарашенный Павел.

– Завал… – ответил ему Восьмой.

– Мы что же, теперь замурованы?

– Похоже на то…

«Вот тебе и Колыма… – думалось Павлу.

 – Нужен какой-то выход, но о нас же знают там наверху, наверняка уже ищут способ вызволить…»

Обезьянолюди думали не столь оптимистично, они не питали иллюзий насчет помощи, возможно, потому что привыкли за свою недолгую жизнь бок о бок с «человеком разумным» рассчитывать лишь на себя и своих собратьев. Впрочем, они были спокойны и даже в какой-то мере расслаблены, как будто всегда покорно принимали любой исход.

Павел, в глубине души обнаруживший отчаяние, граничащее с животным страхом, хотел кричать в голос, впрочем, в большей степени от тупой, никчемной, ничтожной беспомощности, внезапно затормозившей все его мысли. «Мне тесно, – клокотало что-то внутри него, – в этих тоннелях невозможно дышать, мы никогда не выберемся…» Но понемногу он проникался спокойствием, исходившим от обезьянолюдей, хотя и сам, конечно, не был паникером. Быстро собрал волю в кулак. В критической ситуации, когда речь шла о жизни, и не только его собственной, он тем более не хотел сидеть, сложа руки.

«Оказаться случайно погребенным заживо в первый же день встречи с целью своего приезда»… – продолжала крутиться в голове одна и та же мысль. Будто сражаясь сам с собой, он гнал от себя все страхи прочь, и, в конце концов, все внимание ученого-исследователя сосредоточилось на изучении обстановки и поиске решения.

Спустя сутки они поняли, что никто не собирается их искать.