Кругом одни соблазны

Глядя на меня почти безумными глазами, Наташа произнесла глухим голосом:

– Я не могу, не могу поверить, что он мог сделать такое…

– Что именно?

Трясущимися руками она вынула из сумки фотографию и протянула мне через стол. В принципе, я готова была ко всему, но, посмотрев на фото, почувствовала дурноту.

На ней было изображение как из триллера. Девочка-подросток лежала на ковре с неестественно вывернутой головой, раскинув руки и ноги. Одежда была разодрана буквально в клочья. И кровь… – лужи крови.

Рядом с ней, но уже в более естественной позе, лежал мужчина.

Похоже, крепко спящий. В правой руке его был зажат окровавленный нож. Я положила фото на стол и уточнила:

– Ты хочешь сказать, что его подозревают в убийстве этой девочки?

– И в изнасиловании. Но не только в этом. Ирония судьбы. Горькая ирония. Его обвинили в тех преступлениях, которые он описывал в своем научном труде. Он же над диссертацией работал. Она называлась «Психология убийцы». У него даже пропуск в анатомичку был. Там он собирал материал для своего научного труда.

Ему сотрудники анатомички помогали, чем только можно. А теперь… Ты представляешь, Таня?!

Она зашлась плачем. Я пока молчала. Если уж заплакала, то пусть выплачется. Иначе мне все равно от нее ничего не добиться.

Когда она немного успокоилась, я продолжила:

– Лешу вот так и нашли, в таком положении, как на фото?

– Наверное. За него теперь милиция ухватилась мертвой хваткой. Все факты налицо: он на месте преступления, в крови наркотик.

Шприц в кармане. У девочки тоже наркотик в крови. Все как по писаному. В общем, «убийца» на блюдечке с голубой каемочкой, и главное – «висяки» закрыть можно. Всем награды, а моего Лешу к «высшей мере». Помоги мне, пожалуйста, ты же знаешь, что он на это не способен, – она зарыдала.

Да, дела. Я взяла из ее пачки сигарету и закурила. Веселенький вечерок воспоминаний получается. Дав ей немного успокоиться, спросила:

– А откуда у тебя фотография?

– Не знаю, в почтовом ящике обнаружила на другой день.

И совет фирмы не пытаться его оправдать: за такое он должен, мол, понести кару.

– Я возьму эту карточку? Дома хорошенько рассмотрю.

Она закивала…

– Конечно. Значит, ты поможешь нам? О деньгах не беспокойся. Я сняла со счета пока пять тысяч долларов. Вот, здесь три. Возьми их, пожалуйста. Только помоги ему. Я тебя умоляю. Он сильный, но там отморозком числится. Боюсь, сорвется.

– Три много, Наташа. Я возьму пока тысячу, а дальше будет видно.