Куда уж хуже. Реквием заговорщикам (сборник)

– Они обидели тебя?

– Нет, просто здоровые и разговаривать не умеют.

– Да никто ведь не занимался их воспитанием. Так я начну?

– Начинайте, раз уж сняли с поезда…

– У меня горе. Ты же знаешь, у меня есть дочь. Она жила в Москве…

Не раз я видела эту девочку. Красивая и тихая, из отличниц. Никому и в голову не могло прийти, что она дочь известного уголовника. Ее воспитанием занималась сестра Василия Федоровича.

– Что-нибудь с Машей?

– Вот именно. Я сначала поехал в Москву, нанял там одного животного (я тут же перевела: вымогатель, презираемый человек), так он цену-то заломил, а Машку мою не нашел.

Пропала она. С неделю как нет. Вот такой у нас с ним и получился марцефаль (конфликт).

– Так, значит, ее надо искать в Москве?

– Думаю, что да. Я тебе своих ребят дам. Они будут слушаться каждого твоего слова. Найдешь Машку – всю жизнь будешь жировать.

– А если не найду?

– Ну, не знаю… – он вздохнул.

– А если найду, да поздно…

Мы с ним понимали друг друга.

– Тебе ничего не будет.

Но как я сам жить дальше буду – не знаю…

– Что мне надо делать?

– Вот здесь все адреса, где она может быть, список знакомых и подруг. Больше нам ничего не известно. – Он протянул мне листок, несколько фотографий и сотовый телефон. – Если я буду в Москве, то вот по этому номеру, а если в Тарасове – по этому. В случае чего, у моих ребят есть рация.

– Хорошо, но как же я окажусь в Москве, если вы меня сняли с поезда?

– Как сняли, так и посадим. Главное, что ты согласилась помочь.

Я этого не забуду. – Он открыл дверь и посигналил.

Парни сели в машину, и мы поехали неведомыми мне дорогами наперерез поезду. По дороге Крысолов связывался с кем-то по рации и говорил на фене очень странные вещи, от которых у меня все внутри бунтовало. Неужели нельзя было изъясняться просто на русском или, на худой конец, на китайском или японском языках, которые никто не знает. Нет, обязательно на этот изуверском, дурно пахнущем арго. Однако смысл сказанного до меня постепенно доходил.

Крысолов приказывал остановить поезд. И его остановили. Как? Это их секрет. Но главное, что меня посадили в мой же вагон, а в тамбуре оставались теперь уже мои телохранители. Их звали Сергей и Андрей.

Когда я вошла в свое купе, Павел не спал. Казалось, он ждал меня.

– Слушай, ты откуда?

– От верблюда. Ты чего не спишь? Все думаешь про свои миллионы?

– Ты что, сходила с поезда?

– С чего это ты взял? Просто поговорить надо было.

– Понятно.