Медовый месяц под прицелом

Я посмотрела на испуганного мальца, который лежал на полу, плотно прижавшись к нему своим маленьким тельцем.

– Обязательно позвоним, – пообещала я Егору.

Я не думаю, что тип, который в нас стрелял, еще на крыше соседнего дома. Как правило, такие люди уходят сразу после выстрела. Еще мне известно, что они оставляют оружие на месте преступления. Надо бы посмотреть на него, может, оно наведет меня на мысль о том, кому может принадлежать… Уж больно знакома мне эта пуля, где-то я ее уже видела, и не раз!

Все было бы проще простого, если бы я охраняла не маленького мальчика, а взрослого дядю, которого хотя бы можно было вытащить с собой на крышу, чтобы посмотреть на орудие преступления.

В принципе я и так примерно представляю, как оно выглядит. Но вдруг там еще будет какая-нибудь зацепочка, чтобы выйти на исполнителя? А с мальчиком, который дрожит от страха, на крышу не полезешь.

Может, имеет смысл позвонить в милицию? Нет, лучше сначала Никите, а там уж как он скажет, так мы и сделаем.

Я набрала номер мобильника Панкратова-старшего.

– Да, Женя, я тебя слушаю, – издалека-далека услышала я голос Никиты. – Что-нибудь случилось?

– Да, Никита, случилось. В Егора только что стреляли с крыши соседнего дома. Я успела заметить блик от оптического прицела, поэтому с ним все в порядке. Но тебе придется вставить новое стекло.

– Черт с ним, со стеклом, главное, что с Егором все нормально. Я прилечу в Тарасов ближайшим рейсом. Кажется, ситуация накалилась до предела.

– Как хочешь, – безразлично ответила я и повесила трубку.

Я подошла к Егору, который все это время сидел в углу комнаты, взяла его на руки и села вместе с ним на диван.

– Сегодня папа приедет, – сообщила я ему.

– Здорово, – грустно улыбнулся малыш. – Давай посмотрим мультики. Только ты не уходи, посиди со мной, а то я боюсь.

– Не уйду, – обняла я его.

Мы включили «Корпорацию монстров», и через несколько минут Егор забыл о своих страхах и уже не жался ко мне.

Ветер, ворвавшийся в разбитое окно, качал занавески.

Хорошо, что на улице было тепло, поэтому мы не чувствовали никакого дискомфорта.

Я никак не могла сосредоточиться на мультике, все время думала о пуле, пытаясь вспомнить, откуда она мне так хорошо знакома. И наконец меня будто осенило: я вспомнила одну боевую операцию. В нашем подразделении был снайпер – Виктор Фурманчук. Так вот он всегда делал на пулях насечку – свои инициалы.

Я подошла к столику, на котором стоял телефон.