Месть Лисьей долины

В последние дни они только о вас и говорят. Вы заинтриговали девочек, произвели на них впечатление. А их трудно удивить.

– Так вы… вы дядя Тины и Лизы? – Я не смогла скрыть удивления.

– Позвольте представиться – Павел Станиславович Горенштейн, – шутливо поклонился мужчина, прижав руку к белоснежной рубашке, слегка измятой на груди. На пальце я заметила перстень с ярко-синим камнем.

Вот так-так! Оказывается, в семействе Горенштейн есть еще один близкий родственник, о котором меня почему-то забыли предупредить! А если бы я встретила этого Павла Станиславовича в спальне девочек и приняла за грабителя?

– Чем вы так поразили моих лисичек? – продолжал любопытствовать маленький мужчина.

– Боюсь, причина в том, что мы встретились при трагических обстоятельствах, – пояснила я. – В день свадьбы близнецов.

– О, не продолжайте! – Маленький мужчина закатил глаза и прижал руку к сердцу, точно тенор, который собирается запеть «Паду ли я стрелой пронзенный, иль мимо пролетит она». – Не могу слышать об этом ужасном дне! Только представлю, какой кошмар довелось пережить моим малышкам, и сердце замирает.

В качестве лекарства Павел набулькал себе еще немножко джина и с озабоченным видом пригубил. После чего обратил на меня увлажненные слезой глаза и заявил:

– Я с самого начала был против этой так называемой свадьбы. Зачем только Аркадий все это затеял!

Маленький сплетник явно был не прочь обсудить «весь этот кошмар» со свежим слушателем. Что ж, я тоже не прочь.

– Надо же, а я думала, что сестры выходят замуж по любви! – изобразила я недоумение. Глаза маленького человечка вспыхнули, как у кота.

– Мой брат – идиот! – без обиняков заявил странный мужчина.

– Это вы про Аркадия? – на всякий случай уточнила я. Может быть, в этом семействе есть еще парочка братьев, о которых я не знаю?

– Разумеется, про него, – всплеснул ручками маленький мужчина. – Он успешный финансист, признаю. В последние годы деньги так и липнут к его рукам.

Мне показалось, или в голосе господина Горенштейна прозвучала зависть?

– И от этого он несколько… скажем так, утратил чувство реальности.

– Неужели это был брак по расчету? – удивилась я.

– Мои племянницы – милые девочки, но несколько задержались в развитии, – вздохнул Павел Станиславович.

– Неужели? – Я подняла брови.