Млечный путь

Дружба дружбой, но мало ли что в жизни случается! Версию самоисчезновения ни в коем случае отбрасывать нельзя.

– Я не хочу впутывать в это дело милицию, – продолжил Россошанский. – Если уж вы решили заняться этим делом, то занимайтесь. Только чтобы без милиции…

Он, как и в начале разговора, недоверчиво посмотрел на меня, а потом примерно такого же характера взглядом наградил Перетурина.

– Я понимаю, – кивнул Родион.

– У вас еще есть вопросы? – спросил Россошанский, явно намекая на то, что разговор неплохо бы уже и сворачивать.

– Да, – кивнула я. – Сестра сказала Родиону, что Вячеслав якобы должен был кому-то деньги. Вы не в курсе этого?

Россошанский нервно дернул плечом, потом отрицательно замотал головой.

– Нет, насчет того, чтобы сам Вячеслав – нет. Может быть, сестра как-то не так поняла? Может быть, Вячеслав имел в виду как раз эти самые, наши дела с партнерами? Хотя обычно он не распространялся никому о делах на работе.

– Может быть, – согласилась я.

А в голове у меня настойчиво билась мысль: «Если все так и Вячеслав должен был кому-то, то это очень удобный момент, чтобы решить свои денежные проблемы: его посылают с поручением отдать наличные, а он отдает их не тому, кому они предназначались… Правда, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предположить, что эти деньги тоже придется отдавать.

– Кто еще знал о том, что Вячеслав должен везти деньги и в котором часу это будет? – нарушила молчание я.

– Мой заместитель, Павел Лукашенок.

– И сами кредиторы, – добавил Родион.

– Да, конечно. Если хотите, поговорите с ними, только… – Россошанский состроил скептическую мину, – вряд ли вы что-то проясните.

– И тем не менее, – заметил Родион.

– Записывайте, – вздохнул Эдуард и продиктовал адрес фирмы.

– И вот еще что. У вас нет при себе фотографии Вячеслава? – спросила я.

Россошанский наморщил лоб, потом перевел взгляд на Перетурина. Тот развел руками и вздохнул.

«Эх вы… А еще адвокат называется! – пожурила я про себя Перетурина. – Можно было предусмотреть такой важный и очевидный момент!»

– Но, я думаю, это не страшно, – заявил Родион Евгеньевич. – Фотографию можно взять у меня дома в любое время или у Ксении…

– Постойте, – вдруг поднял палец Россошанский. – У нас есть запись с последней корпоративки. Сейчас я попробую выяснить.

Он снял телефонную трубку и произнес в нее:

– Люда, зайди ко мне, пожалуйста.