Мост самоубийц

Это была веревочная лестница.

* * *

На улице было неожиданно тепло. Я расстегнула кожаную куртку и с удовольствием вдохнула влажный свежий воздух. Солнце проглядывало сквозь разодранные утренним ветром облака и заставляло жмуриться. Достав телефон, я хотела вызвать такси, но вдруг заметила какое-то движение справа от меня. Полный человек в форменной полицейской одежде окликнул меня, очевидно, опасаясь, что я уйду, и ему придется меня догонять.

– Подождите!

Участковый, догадалась я. Так и оказалось. Толстячок, отдышавшись, представился капитаном Тонким, Петром Ивановичем.

Я, наверное, слишком сильно выкатила глаза. Капитан смущенно кашлянул:

– Ну хоть бы раз такую реакцию не видеть.

– Извините. – Я не смогла сдержать улыбки. Капитан был настолько шире своей фамилии, что это рождало комичный эффект.

– Не извиняйтесь, я уже привык.

– Чем могу помочь, Петр Иванович?

– Простите за нескромный вопрос, вы кто?

Кажется, сегодня только родная мать не озадачила меня этим вопросом. И то день еще не кончился.

– Дело в том, что мне позвонили соседи Полины Усольцевой… покойной Полины Усольцевой и сказали, что по квартире кто-то ходит.

– Понятно.

– Они бдительные, – уныло сказал участковый, поглядывая на окна красивого дома. Казалось, ему было очень неловко передо мной, но не отреагировать на сигнал он не мог. Я достала удостоверение.

– Частный детектив? – удивился Тонкий. – Это что, прикол какой-то?

– Хоть бы раз такую реакцию не видеть.

– Извините. Но можно настоящие документы?

– Это настоящий документ.

Я работаю над делом Полины по просьбе ее сестры.

Участковый вгляделся в корочку, повертел ее в руках и на всякий случай сфотографировал ее на смартфон. Я почувствовала себя обезьянкой на сочинском пляже. Петр Иванович вернул мне удостоверение и прищурился.

– Это Александра Усольцева дала вам ключи от квартиры?

– Да, – подтвердила я и прибавила, соврав, – а еще сказала, что вы можете мне рассказать о погибшей девушке.

– Она так сказала? – удивился Тонкий.

Я вдруг поняла, что он довольно молод – не старше тридцати. Возраст полных людей сложно угадать с первого взгляда.

– Это не отнимет много времени. Хотите, пройдем в квартиру Полины?

– Нет, – покачал головой участковый, – лучше ко мне. Тут недалеко, а у меня скоро прием граждан. Не хочу отлучаться.

– Ладно, ведите. – Я решительно взяла толстячка под локоть, и мы двинулись к выходу со двора. В окне на первом этаже шевельнулась занавеска.