Мышеловка для телохранителя

– Допустим, ревность, – весело поделился со мной своими измышлениями Рулаев.

Как только он это произнес, мне сразу стало понятно, что разговаривать с ним, а уж тем более что-либо доказывать, бессмысленно. Похоже, у следователя уже сложилось свое впечатление о происшедшем. Или, вернее, никакого впечатления, ему просто было лень копаться в этом деле, и он решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Зачем искать истинного убийцу, когда все можно списать на беззащитную, как ему казалось, девушку и с чистой совестью по-быстрому сдать дело в архив? Я уже была наслышана о подобных методах работы некоторых недобросовестных следователей.

– Ну так как? – Рулаев вынул из пачки сигарету и закурил. – Готовы сделать чистосердечное признание? Добровольно.

– Нет, не готова, – нахмурилась я. – Я никого не убивала.

– Напрасно-напрасно, – посетовал он. – Тогда давайте по порядку. Как вы оказались в доме Ляпишева? Что вас туда привело?

– Анатолий пригласил меня к себе.

– Да ну? А поподробнее можно?

Я не спеша, но и не надеясь на успех, честно поведала следователю все, как было.

– Складно, – резюмировал Рулаев. – И кто-нибудь может подтвердить ваши показания?

– Никто, – опустила я голову. – Я ведь не знала, что так произойдет, и потому не таскала с собой свидетелей. Хотя… – я запнулась, озаренная замаячившей надеждой. – Это может подтвердить водитель Ляпишева. Во всяком случае, частично.

– Как его фамилия? Где его найти? – без всякого интереса и энтузиазма вопросил следователь, разглядывая в это время дымящийся кончик своей сигареты.

– Я знаю только его имя. Степан.

– Весьма полезная информация.

– Послушайте, – я начинала заводиться. – Анатолий Геннадьевич Ляпишев был очень известным в городе человеком. Я думаю, если вы захотите, то сможете без труда узнать, кто работал у него водителем и где найти этого человека.

– Возможно. Но вы правильно заметили, госпожа Охотникова, если я захочу.

Я даже опешила от такой откровенной наглости.

– На нет и суда нет, – стиснув зубы, произнесла я.

Рулаев раскатисто расхохотался.

– Это верно. А вот вам, очевидно, суда не избежать. И мало вам не дадут, Охотникова, могу вас уверить в этом. Так что у вас есть только один выход из положения. Сознаться.

Он говорил все это насмешливым тоном, как бы играя со мной. Впрочем, так оно и было. Майор Рулаев играл со мной, как кошка с мышкой.