Нарушитель самоизоляции

 – И ты тоже поверил во всю эту чушь с эпидемией? Я думал, у тебя больше мозгов…

Игнат не реагировал на его бурные речи, а мальчишка не унимался:

– Эта пицца – полный отстой, отвези меня в нормальную пиццерию… она как ботинок, сам жуй ее… Эй!

Клаус резко остановился, словно молодой конь, который противился погонщику, тащивщему его за поводья, и обратил внимание на мою скромную персону:

– Ну скажи ему, Никита! – с надеждой обратился ко мне он. – Это же отстойная пицца…

– Нормальная пицца, – пожала плечами я.

«Ох, дружок, поживи в Тарасове с мое и поймешь, что нужно довольствоваться тем, что в этой дыре вообще есть пиццерии с доставкой на дом».

Конечно, привык к огромному разнообразию в своем Лондоне или где он там учился.

Клаус довольно долго вглядывался мне в лицо, после чего презрительно скривился и задрал нос.

– Да что ты понимаешь! – выдохнул он разочарованно. – В своих армейских казармах одну кашу жрала?

Я задумчиво почесала переносицу, даже не зная, стоит ли отвечать на его реплику или благоразумнее будет промолчать.

Конечно, он меня совершенно не задел этим выпадом, и было наивно полагать, что подобная ерунда в принципе кого-то может выбить из равновесия. Но что-то язвительное в ответ так и вертелось на языке.

– Это ты одну кашу будешь жрать теперь, – осадил его Игнат и рванул мальчишку за плечо в сторону дома.

Я так и осталась стоять на улице, не в силах отказать себе в искушении подышать свежим вечерним воздухом.

К несчастью, находясь в особняке, я была вынуждена отказать себе в любимых вечерних пробежках – отлучаться надолго с территории было нельзя, а наворачивать круги вокруг дома под пристальным наблюдением Игната представлялось не самой лучшей перспективой.

Воздух был таким пьяняще свежим, что хотелось просто заночевать на улице, быть может, в беседке или у бассейна.

Одним из безусловных плюсов середины весны было отсутствие надоедливых комаров и прочих ночных насекомых, всегда норовивших испортить единение с природой.

Я слушала приглушенные звуки спящего поселка и доносящуюся из дома перепалку Клауса и Игната.

На втором этаже хлопнула дверь. Через некоторое время рядом со мной нарисовался Игнат, и я испугалась, что сейчас услышу очередную лекцию об угрозе простуды, но ее не последовало.

Игнат молча остановился рядом и какое-то время задумчиво вглядывался в темнеющее небо, оттирая пальцы от коричневой жижи уже не таким уж безупречно белым платочком.