Небо с овчинку

Квартира ее заперта, на работе она не появлялась, а кавалер почему-то скрывается. Сей же влюбленный мямля утверждал, что с девушкой наверняка что-то случилось и он даже догадывается, что именно.

– Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать, – выслушав невнятный рассказ гостя относительно столь для него дорогой пропажи, сказала я. – Если вы знаете, что с ней случилось, зачем тогда пришли ко мне?

– Не то чтобы знаю, просто у меня такое предчувствие, – по-прежнему не говоря ничего конкретного, произнес Максим.

– Так, стоп, – остановила я парня. – Начнем с самого начала. Пропала девушка. Никто не знает, где она. Вы хотите ее найти? Так?

– Да, очень хочу, – подтвердил мои слова Максим.

– Вы догадываетесь, что с ней могло что-то случиться? Так?

Снова кивок.

– В таком случае говорите, я слушаю.

– Я думаю, что ее мог убить ее же парень, – глухим голосом произнес Максим и, сразу опустив глаза, стал нервно теребить руками край своей рубашки на уровне пуговиц.

– Почему вы так решили? – поинтересовалась я.

– Просто… ну, потому, что он какой-то ненормальный. Вроде как шизофреник.

– В чем это выражается?

– Ну, не знаю, – снова заволновался Максим. – Просто нужно видеть, как он одевается, как ведет себя… Настоящий бомж! А какие у него рисунки, какие он стихи пишет – это же ужас какой-то! В них сплошной разврат и кровь, безголовые люди, трупы, мерзость. Он явно сдвинутый и ненормальный. Для таких, как этот тип, ничего не стоит убить человека, – безостановочно затараторил парень, как будто плотину прорвало.

 – Он наверняка с ней что-то сделал, потому и скрывается сейчас. Я его искал, но безрезультатно.

– Так, может, они вдвоем куда-то уехали, никого не предупредив, вот и все, – предположила я, постепенно начиная терять интерес к данному делу.

– Нет, исключено, – возразил мне Мурашев. – Я видел несколько раз этого типа в городе, просто догнать не успел, он был один. Ясно, что он скрывается.

– А почему вы не обратились в милицию? – задала я следующий вопрос.

 – Для вас это стало бы дешевле… Ведь частные детективы берут не дешево, моя ставка, например, – двести долларов в день.

– Я знаю, – закивал головой Максим. – Только в милиции я уже был, ну и… Они сказали, что ищут. А друзья мне говорят, что они могут искать годами и это ничего не даст. Вот я и пришел к вам. А деньги… они у меня есть, – Максим извлек из кармана бумажник и стал его открывать, дабы продемонстрировать мне, что он не врет.