Неслучайный свидетель

– Пожалуйста… Это будет даже лучше, чтобы не было лишних разговоров.

Трое решительно повернулись и направились к гаражам. Я засеменила следом.

Коли постараться, то я вырублю всех троих, если произвести неожиданное нападение сзади. Но вот бить мордой об асфальт сотрудника милиции… Это означает накликать на себя крупные неприятности. Хотя некоторых таких сотрудников стоит ударить маковкой об асфальтовое покрытие, и не один раз.

И все-таки я приготовилась к нападению. Если милиционер в сговоре с преступниками, я сумею защитить наши права в суде.

Бандиты зашли за гаражи и, переглянувшись, направились прямиком к моей машине.

Сейчас они увидят Николая и…

Я занесла руку для удара и в последнюю секунду увидела, что в «Фольксвагене» никого нет!

Вот, блин!

Ситуация изменилась, может быть, сейчас пойдет другая игра?

Я словно в воду глядела.

Трое повернулись ко мне, и Пелешенко спросил:

– Вы не знаете, чья это машина?

Я хотела сказать, что не знаю, но почему-то утвердительно кивнула.

– Директор школы позволяет одному из своих друзей оставлять ее здесь.

Круглолицый и парень с землистого цвета лицом шустренько осмотрели автомобиль и долго пожимали плечами. Для меня тоже было загадкой, куда делся Лосев, но в данный момент его исчезновение сыграло нам на руку и, можно сказать, спасло от выстрела в переносицу.

Продажный мент буравил меня взглядом.

– Понятно! – процедил он. – Тогда скажите, кому принадлежат эти гаражи?

– Ясно кому, – по-простому заявила я, – школе, конечно.

– Эта машина давно здесь стоит?

– С самого утра.

– И никуда не выезжала?

Я выпятила нижнюю губу и наклонила голову влево.

– По-моему… никуда.

Пелешенко подошел к моей машине и положил руку на то место, где был радиатор.

– Еще теплый, – произнес он, укоризненно глядя на меня.

Мне ничего не оставалось, как пожать плечами, подняв глаза к небу.

– Ничего не могу сказать, у меня своих дел навалом – целая школа на моей шее. Если хотите, осматривайте территорию дальше, а я пошла.

Однако рано я собралась исчезнуть со сцены, потому что Пелешенко взялся за ручку дверцы и дернул ее.

Дверца открылась.

На моем лице не дрогнула ни одна жилка, хотя мне было неприятно, что какой-то гад лазает по моей машине.

Мент заглянул внутрь, хотя и так было ясно, что в машине никого нет.

– Странно, машина не заперта, сигнализация не работает. Как можно это объяснить?

– Понятия не имею! – произнесла я. – В принципе это не мое дело.